РОЛЬ АГРОЛЕСОМЕЛИОРАТИВНЫХ СИСТЕМ В СТЕПНОМ ЗЕМЛЕПОЛЬЗОВАНИИ

FUNCTION OF AGROFOREST AMELIORATIVE SYSTEMS IN STEPPE FARMING

А.М. Пугачёва

A.M. Pugacheva 

Федеральный научный центр агроэкологии, комплексных мелиораций и защитного лесоразведения РАН (Россия, 400062, г. Волгоград, пр-т. Университетский, 97) 

Federal Scientific Center for Agroecology, Integrated Land Reclamation and Protective Afforestation of the Russian Academy of Sciences (Russia, 400062, Volgograd, prospect Universitetsky, 97)

e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

В данной работе представлены необходимые дополнительные объемы создания защитных лесных насаждений (ЗЛН) с целью агроэкологической оптимизации земель сельскохозяйственного назначения и увеличения продуктивности пашни. Положительная роль агролесомелиоративных систем в процессе реабилитации выведенных из сельскохозяйственного оборота земель, характеризуется формированием на многолетних залежах растительных сообществ приближенных к климаксовым и восстановлении почвенного плодородия.

The paper considers necessary additional areas for planting of protective forestations (ZLN) with the purpose of agroecological optimization of agricultural lands and increase of arable lands productivity. The effectiveness of agroforest ameliorative systems in the process of restoration of lands withdrawn from agricultural use is characterized by the formation of plant communities close to climax ones on long-term fallow lands and by the reclamation of soil fertility. 

В связи с экстенсивным развитием сельского хозяйства середины XX века большая часть степных ландшафтов оказалась нарушенной, поставив степной биом на грань исчезновения. Одним из признанных путей реставрации экосистем является размещение на территориях защитных лесных насаждений.

В настоящее время в России свыше 2 тыс. хозяйств имеют завершенные системы защитных лесных насаждений, которые создают стабильную агроэкологическую обстановку, способствуют повышению продуктивности угодий и улучшают социальные условия населения [3]. Преимущественное влияние системы посадок по сравнению с одиночными полосами, было отмечено еще в начале XX века создателем теории лесоводства профессором Г.Ф. Морозовым. Но разрозненно расположенные насаждения в современных агролесоландшафтах остаются в преимуществе.

Сегодняшняя аграрная деятельность в России характеризуется расчленением сельскохозяйственных угодий на крупные или мелкие индивидуальные хозяйства, размещением полей севооборотов без учета принципов адаптивно-ландшафтного обустройства территорий, а также недостаточными объемами защитных насаждений являющихся признанным экологическим каркасом агротерриторий [2]. Эти факторы способствуют нарушению структуры почвенного покрова, приводят к потере плодородия почв, развитию процессов деградации и в конечном итоге недополучению сельскохозяйственной продукции. Одним из основных видов деградации земель является ветровая эрозия почв, которая влияет на 95% сельскохозяйственных угодий [7]. Увеличивающаяся доля дефлированных земель и темпов их прироста достигает 6-7% каждые 5 лет, и составляет 1,5 млн га в год в масштабах страны [3].

В связи с обозначенными проблемами земель с.-х. назначения, защитные лесные насаждения приобретают особую значимость в южных регионах, так как они являются ведущими в решении вопроса продовольственной безопасности Российской Федерации. Для них характерны нестабильные погодно-климатические условия и проявление опасных природных явлений, таких как пыльные бури, периодически возникающие катастрофических масштабов. Последняя пыльная буря наблюдалась в южных регионах Российской Федерации в конце марта 2015 года. Она распространилась на Волгоградскую, Астраханскую области, восточную часть Ростовского региона и Республику Калмыкия. В Волгоградской области суммарный ущерб составил 24,5 млрд. рублей, охватив территорию в 330 тыс. га [6].

По полученным и опубликованным ранее результатам исследований выявлена корреляционная зависимость между показателями средней урожайности зерновых культур и лесистостью территорий, что свидетельствует о наличии линейной связи между значениями [5]. По данным разработанной ФНЦ агроэкологии РАН Стратегии защитного лесоразведения Российской Федерации, в настоящее время лесистость территорий в 3-6 раз меньше научно обоснованных норм. Площадь имеющихся искусственных ЗЛН разного назначения составляет лишь 1,3% аграрной территории РФ (204,5 млн га) [9]. Для защиты сельскохозяйственных угодий от дефляционных процессов и увеличения продуктивности пашни представлены необходимые дополнительные объемы создания искусственных защитных насаждений, рассчитанные по потребностям субъектов РФ, где представлен степной биом (табл. 1) [10]. В случае реализации данных объемов показатель лесистости приблизится к оптимальным значениям, что окажет стабилизирующее влияние на агротерритории.

Таблица 1 Фактическая площадь, занятая лесами (2015 год*), и планируемые объемы создания ЗЛН по «степным» субъектам РФ, тыс. га.

** состав «степных» субъектов РФ представлен по данным Смелянского И.Э [8].* данные Росстата за 2015 год (http://www.gks.ru)

*** в фактическую площадь входят земли лесного фонда и земли иных категорий, на которых расположены леса. 

Регионы, имеющие показатель лесистости приближенный к оптимальным значениям и выше, испытывают потребность в дополнительных объемах по отдельным видам ЗЛН: полезащитным лесным полосам (ветрорегулирующим, стокорегулирующим); противоэрозионным; насаждениям на аридных пастбищах; на песках. Кроме того учитывается потребность в насаждениях по берегам рек, поселков и полевых станов. Например, в Оренбургской области площадь сельскохозяйственных угодий составляет 87,4% от общей, посевная площадь 34% (по данным Росстата на 2015 год). Лесистость этого региона имеет показатель 4,6%. Необходимые дополнительные объемы насаждений перераспределены между полезащитными лесными полосами 128,2 тыс. га, в которые включены ветрорегулирующие 66 тыс. га и стокорегулирующие насаждения 62,2 тыс. га. Противоэрозионные ЗЛН – 131,9 тыс. га включающие, прибалочные и приовражные – 118,7 тыс. га, насаждения гидрографической сети 6,2 тыс. га и насаждения вокруг водоемов 7 тыс. га. Также в необходимых объемах учтены пастбищезащитные ЗЛН – 1,5 тыс. га, ЗЛН на песках – 3,6 тыс. га, по берегам рек в объеме 6,1 тыс. га, поселков и полевых станов 1 тыс. га.

По предварительному расчету, при условии создания дополнительных 3136,7 тыс. га насаждений (суммарно по представленным регионам), будет добавочно получено 31,2 млн тонн сельскохозяйственной продукции (в зерновом эквиваленте).

Результаты исследований по реабилитации земель выведенных из сельскохозяйственного использования под защитой агролесомелиоративных систем свидетельствуют о прохождении на них закономерных сукцессионных смен характерных для залежей сухих степей и приближении растительных сообществ за 25 летний восстановительный период к климаксовому состоянию. Доминантами в фитоценозах выступают рыхлодерновинные злаки в сочетании с плотнодерновинными, ведущее место из которых занимает род Stipa и Festuca. Из рыхлодерновинных злаков в травостое доминируют Agropyron pectinatum (Bieb.) Beauv. Плотнодерновинные злаки составляют 40% от общего проективного покрытия, рыхлодерновинные до 50%. В одном описании видового состава ценоза встречался Tulipa gesneriana L. (T. schrenkii Regel) – редкий вид, занесенный в Красную книгу Волгоградской области. Ведущее место в эколого-ценотическом спектре растительных сообществ занимают представители степной группы – 58%, что характеризует незавершенную восстановительную сукцессию приближающуюся в своем развитии к целинному состоянию.

Процесс восстановления почв отличается от динамических изменений в растительных сообществах более длительным периодом. Проводя сравнительное изучение профильного содержания гумуса после 25-летнего восстановительного периода можно сделать вывод что, исследуемые почвы по показателю плодородия идентичны показателям целинных каштановых почв сухих степей (табл. 2) [1].

Максимальное содержание гумуса соответствует верхнему горизонту по всем вариантам опыта. Наблюдается восстановление запасов гумуса в почвах залежей. Характер профильного его распределения убывающий, резкое падение наблюдается на глубине 10-30 см. В перечне индикаторных показателей для оценки степени деградации почв учитывается также показатель – содержание физической глины [4]. Выявлено уменьшение ее содержания от исходного состояния <5%, что характерно для недеградированных (ненарушенных) почв.

Таблица 2 Состав целинных и залежных каштановых почв сухих степей

Выводы. В связи с недостаточными объемами имеющихся искусственных насаждений по регионам, в работе представлены необходимые дополнительные объемы их создания. В случае их реализации, уровень лесистости приблизится к оптимальным значениям, что положительно скажется на результатах функционирования АПК регионов. По предварительному расчету создание дополнительных 3136,7 тыс. га насаждений по представленным «степным» субъектам, будет способствовать получению 31,2 млн тонн добавленной сельскохозяйственной продукции (в зерновом эквиваленте). 

При длительном восстановлении фитоценозов на залежах под защитой систем ЗЛН в травостое преобладают рыхлодерновинные злаки – до 50% и присутствуют плотнодерновинные – до 40% от общего проективного покрытия. Преимущество составляют виды степной ценотической группы, до 58% от общего числа, характеризуя растительные сообщества как приближающиеся к климаксовым ценозам.

В результате длительного периода восстановления почв залежей можно говорить о соответствии показателей их плодородия с показателями целинных каштановых почв сухих степей. 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

  1. Кирпо Н.И. Почвы Нижнего Поволжья: их генезис и агропроизводственная характеристика. Волгоград: ФГБОУ ВПО Волгоградский ГАУ, 2013. 104 с.
  2. Кулик К.Н. Защитные лесные насаждения – основа экологического каркаса агротерриторий // Вестник Российской сельскохозяйственной науки. 2018. № 1. С. 18-21.
  3. Проблемы деградации и восстановления продуктивности земель сельскохозяйственного назначения в России / Ред. А.В. Гордеева, Г.А. Романенко. М.: Росинформагротех, 2008. 68 с.
  4. Пугачёва А.М. Восстановление экосистем на залежах на комплексных каштановых почвах сухих степей // Вестник АПК Ставрополья. 2016. № 1 (21). С. 234-240.
  5. Пугачёва А.М. Агролесомелиоративные системы – основа развития земледелия // Известия Нижневолжского агроуниверситетского комплекса: наука и высшее профессиональное образование. 2018. № 1 (49). С. 227-237.
  6. Рулев А.С., Беляков А.М., Сарычев А.Н. Исследование проявления дефляции почв в условиях Волгоградской области // Известия Нижневолжского агроуниверситетского комплекса: наука и высшее профессиональное образование. 2016. № 2 (42). С. 1-7.
  7. Сажин А.Н., Кулик К.Н., Васильев Ю.И. Погода и климат Волгоградской области. / Изд. 2-е, перераб. и доп. Волгоград: ФНЦ агроэкологии РАН, 2017. 334 с.
  8. Смелянский И.Э. Сколько в степном регионе России залежей // Степной бюллетень. 2012. № 36. С. 4-7.
  9. Стратегия развития защитного лесоразведения в Российской Федерации на период до 2025 года / К.Н. Кулик [и др.]. Волгоград: ВНИАЛМИ, 2014. 36 с.
  10. Федеральная программа развития агролесомелиоративных работ в России / Разработана в соответствии с поручением Правительства Российской Федерации № ВМ-П-42-31 от 28.09.1992 г. Волгоград: печатно-множительный участок ВНИАЛМИ, 1995. 245 с.

Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!