К ВОПРОСУ О МОНГОЛЬСКИХ ПОГРЕБЕНИЯХ В СТЕПЯХ ОРЕНБУРЖЬЯ

TO A QUESTION OF THE MONGOLIAN BURIALS IN STEPPES OF ORENBURG OBLAST

 

И.В. Матюшко

I.V. Matyushko 

Оренбургский государственный педагогический университет

(Россия, 460014, г. Оренбург, ул. Советская, 19) 

Orenburgsky State Pedagogical University

(Russia, 460014, Orenburg, Sovetskaya St., 19)

e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

В средневековье были известны каменные выкладки. Их раскопки показали, что они относятся к XIII-XIV вв. и, что они связаны с расселением монголов в Золотой Орде.

In the Middle Ages oval or round stone platforms as well as small mounds – stone kurgans. He excavated nine stone platforms like these which contained graves with the goods of the 13-14th centuries AD. These monuments are connected about moving the Mongol in the Golden Horde. 

В юго-восточном и центральном Оренбуржье в прошлом столетии были исследованы археологические памятники, отражающие погребальные обычаи монгольской культуры. Эти памятники – погребения под каменными выкладками овальной, округлой или подквадратной формы диаметром от 3 до 7-8 м, сложенных в один слой из необработанных камней (Тип III по Г.А. Федорову-Давыдову, тип IV по И.В. Матюшко) [5, 12].

Такие погребения на территории Оренбургской области были исследованы в составе могильников: Илецкая Защита, Мертвые Соли; Худай-Берген,  Рычковка КМ I; Урта-Буртя КМ I, Хабарный КМ I [1, 2] (рис. 1).

Могильные ямы были, в основном, простые, в нескольких случаях с подбоем в южной стенке. В редких случаях были обнаружены деревянные перекрытия могильной ямы. Внутримогильные конструкции изредка представлены деревянными колодами.

Погребенные люди находились в позе вытянуто на спине, головой ориентировано на  север. на северо-запад, или запад. Левая или правая рука погребенного была согнута в локте или обе руки согнуты. В некоторых случаях обе руки были вытянуты вдоль тела. 

Рисунок 1. Погребения под каменными выкладками в степях Оренбуржья

В преобладающем большинстве погребения были малоинвентарны или безинвентарны. Только в некоторых погребениях был зафиксирован богатый комплекс инвентаря. Для богатых мужских захоронений был характерен набор из наконечников стрел, берестяного колчана, предметов конской упряжи, кресала (рис. 2).

В богатых женских погребениях был представлен набор из зеркала, ножниц, подвесок в виде знака вопроса, берестяной трубки от бокки, ожерелья из бусин, железного ножа, иногда еще и деревянного двустороннего гребня, костяного пряслица (рис. 2). 

Рисунок 2. Инвентарь из погребений под каменными выкладками XIII-XIV вв. степного Оренбуржья (Худай-Берген, могила LIV-4): 1. 2  – кость, 3. 4 – железо. 

Следует отметить, что в захоронениях этого типа часто рядом с погребенным находили ребра или позвонки животных. Анализ инвентаря позволяет датировать эту группу погребений XIII-XIV вв. Об этом наиболее ярко свидетельствуют типы наконечников стрел. Все они были железные, плоские в сечении. По форме пера они являются характерными для золотоордынского времени (тип ВXI, ВXIII по Г.А. Федорову-Давыдову). Один из наконечников к тому же был снабжен костяной биконической свистункой, характерной для наконечников стрел XIII-XIV вв. которые наиболее активно использовались в монгольское время [11, с. 124].

Также костяные орнаментальные обкладки колчанов с геометрическим орнаментом (рис. 2) являются характерным элементом материальной культуры XIII-XIV вв. [4, с. 137]..

Следует обратить внимание на железные пластины для приторачивания грузов (рис. 2, 12-17), аналогии которым по форме имеются в памятниках каменского этапа аскизской культуры [3, с. 152].

Набор вещей из женских погребений имеет широкие аналогии в погребениях кочевников Восточной Европы XIII-XIV вв.

Изученные каменные выкладки в степях Оренбуржья по аналогичной форме и размерам надмогильной конструкции, а также по составу инвентаря находят аналогии среди памятников XIII-XIV вв. на Северном Кавказе [6]. В более раннее время: в XI-XII вв. и XIII-XIV вв. погребения под каменными площадками были известны в Центральном Тянь-Шане [8, с. 165-189], во второй половине XII – нач. XIII вв. в Восточной Монголии и Забайкалье [9, с. 132-133; 10, с. 497-500]. В этих памятниках были отражены черты монгольской погребальной обрядности: наличие ориентировки в северный сектор, берцовые кости барана. Наличие других ориентировок в погребениях под каменными выкладками, очевидно, отражает процесс смешивания различных этнических групп  в Золотой Орде [6, с. 173-194; 7 с. 214-239].

Очевидно, что расселение монголов в западной части степей Евразии было связано с их завоевательными походами. 

Исследование выполнено при поддержке Министерства образования и науки Российской Федерации, соглашение 33.1471.2014К. 

Список литературы:

  1. Граков Б.Н Отчет о работах в районе проектируемых южно-уральских гидроэлектростанций // Археологические работы на новостройках в 1932-1933 гг. II том. М.; Л., 1935. С. 100-116.
  2. Иванов В.А. Хабарный I – могильник золотоордынского времени в Центральном Оренбуржье // АПО. Оренбург, 2006. Вып. VI. С. 74-83.
  3. Костюков В.П. Тюркские поминальные комплексы на Южном Урале // Этнокультурные процессы в Южной Сибири и Центральной Азии в I – II тысячелетии н. э. Кемерово, 1994. С. 136-156.
  4. Малиновская Н.В. Колчаны XIII-XIV вв. с костяными орнаментированными обкладками на территории евразийских степей // Города Поволжья в средние века. М., 1974. С. 132-175.
  5. Матюшко И.В. Типы погребений кочевников XIII-XIV вв. Степного Приуралья // Степи Европы в эпоху средневековья. Донецк, 2010. Т. 8. Золотоордынское время. С. 357-402.
  6. Нарожный Е.И. Средневековые кочевники Северного Кавказа (некоторые дискуссионные проблемы этнокультурного взаимодействия эпохи Золотой Орды) / под ред. д.и.н., проф. В.Б. Виноградова. Армавир: Изд-во АГПУ, 2005. 210 с.
  7. Ракушин А.И. Кочевые улусы золотой орды 9 по материалам курганных могильников Нижнего Поволжья XIII-XV вв.) // Археология восточно-европейской степи. Саратов, 2007. Вып. 4. С. 214-239.
  8. Табалдиев К.Ш. Погребения из Кичи-Ача (Центральный Тянь-Шань) // Этнокультурные процессы в Южной Сибири и Центральной Азии в I – II тысячелетии н. э. Кемерово, 1994. С. 165-189.
  9. Таскин Д.А., Мамкин А.М., Дробутушенко А.В. Памятники раннемонгольской культуры на территории юго-западных районов Читинской области // Историко-культурное наследие Северной Азии. Барнаул, 2001. С. 132-133.
  10. Хатанбаатар Д., Тугссайхан Р. Могильный комплекс монгольского времени из местности Цагаан Чулуут в Восточной Монголии // Древние культуры Монголии и Байкальской Сибири: материалы междунар. науч. конф. (Иркутск, 3-7 мая) / под ред. А.А. Харинского. Иркутск: Изд-во ИрГТУ, 2011. Вып. 2. С. 497-500. URL: http://www.docme.ru/doc/44524/drevnie-kul._tury-mongolii-i-bajkal._skoj-sibiri-2011.
  11. Худяков Ю.С. Вооружение центрально азиатских кочевников в эпоху раннего и развитого средневековья. Новосибирск, 1991. 190 с.
  12. Федоров-Давыдов Г.А. Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов. М., 1966. 271 с.

Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!