ЕСТЕСТВЕННЫЕ ДРЕВЕСНО-КУСТАРНИКОВЫЕ СООБЩЕСТВА И ИХ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ ЛЕСНЫХ И ДЕНДРОФИЛЬНЫХ ПТИЦ ГЛИНИСТОЙ ПОЛУПУСТЫНИ ВОЛГО-УРАЛЬСКОГО МЕЖДУРЕЧЬЯ 

NATURAL WOOD-SHRUB COMMUNITIES AND THEIR IMPORTANCE FOR FORESTRY AND DENDROPHILOUS BIRDS OF CLAY SEMIDESERT OF VOLGA-URAL INTERFLUVE

 

А.В. Быков, О.А. Бухарева

A.V. Bykov, O.A. Bukhareva 

Институт лесоведения РАН

(Россия, 143030, Московская область, п/о Успенское, ул. Советсткая, д. 21) 

Institute of Forest Science, Russian Academy of Sciences

(Russia, 143030, Moscow region, Uspenskoe, Sovetskaya St., 21)

e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

Байрачные леса в Волго-Уральском междуречье до XVIII в. обуславливали специфику фаунистического состава и населения позвоночных животных региона. В результате антропогенных воздействий эти леса сменились на полидоминантные кустарниковые заросли, площадь которых продолжает сокращаться. Уже к середине ХХ в. из-за дефицита мест гнездования из региона исчезли многие лесные и дендрофильные виды. Искусственное лесоразведение не может компенсировать этот дефицит, что ведет к существенному обеднению фаунистического разнообразия региона.

Ravine forests of Volga-Ural interfluves determined specifics of vertebrate fauna and population until the 18th century. As a result of anthropogenic influence these forests changed to polydominant shrubberies. Their area continues to decline. To the mid-20th century a lot of forestry and dendrophilous birds disappeared from the region because of deficit of nest places. Artificial afforestation can’t make up this deficit that leads to significant impoverishment of fauna diversity of the region.

 

На севере Прикаспийской низменности древесно-кустарниковые сообщества байрачного типа, приуроченные к котловинам соленых озер и долинам бессточных речек, сохранялись до конца XVIII в., т. е. до периода интенсивного освоения территории русскими переселенцами. Присутствие относительно развитой древесно-кустарниковой растительности обусловило специфику фаунистического состава и населения позвоночных животных региона [4]. Так на этой, в целом безлесной территории, в локальных местообитаниях до сих пор сохраняются такие виды, как ласка (Mustela nivalisL.), горностай (M. ermineaL.) и др. Наибольшее влияние естественные насаждения оказывают на фаунистический состав и характер населения птиц [1].Ускоряющийся процесс исчезновения естественных древесно-кустарниковых сообществ [2] уже с конца XX в. сопровождается сокращением числа пролетных и гнездящихся птиц. Этот процесс заметно убыстряется, что ведет к существенному обеднению фаунистического богатства региона и необратимым изменениям сложившихся здесь уникальных экосистем.

На основании материалов многолетних исследований, ведущихся на базе Джаныбекского стационара Института лесоведения РАН, мы рассматриваем изменения фаунистического состава и особенностей населения лесных и дендрофильных птиц региона за последние 60 лет и даем краткую характеристику современного состояния естественных древесно-кустарниковых насаждений байрачного типа на примере территории северного Приэльтонья [1, 3, 4, 6, 7, 10,].

Исследуемая территория находится на западе заволжской части Прикаспийской низменности в Волгоградской области и на сопредельных территориях Республики Казахстан. Здесьмонотонная бессточная равнина прерывается замкнутыми депрессиями соленых озер Эльтон, Булухта, Аралсор и др. [5, 9]. В настоящее время растительность байрачного типа сохраняется преимущественно на северном побережье оз. Эльтон и на побережье оз. Аралсор.

В прошлом в Приэльтонье лесные участки байрачного типа сохранялись на темноцветных, промытых овражно-аллювиальных почвах, мощностью до 2 м, приуроченных к дренированным участкам береговых террас, долин соленых речек и балок. В составе насаждений присутствовали ива белая (Sali xalba), тополь черный (Populus nigra), тополь белый (P. alba), осина (P. tremula), яблоня ранняя (Malus praecox), возможно, клен татарский (Acer tataricum) [4].Современные сообщества байрачного типа, реально являющиеся реликтами исчезнувших байрачных лесов, сохранились в виде небольших фрагментов полидоминантных кустарниковых зарослей из терна (Prunus spinosa), жостера слабительного (Rhamnus cathartica), жимолости татарской (Lonicera tatarica), шиповника (Rosa canina) с единичными деревьями яблони ранней и, крайне редко, с бересклетом бородавчатым (Euonymus verrucosa) [1, 4].

Еще Л.Г. Динесман [4] указывал, что вековые изменения климата, заготовка дров, выпас и пожары ведут к деградации байрачной растительности. В настоящее время насаждения страдают от пожаров и выпаса. На рассматриваемой территории пожаров не было с 1930-х годов. В 2002 г. северное побережье озера пройдено сильным пожаром и несколькими локальными пожарами в последующие годы.

Полидоминантные кустарниковые заросли пожароустойчивы, т.к. сплошная щетка стволов исключает развитие травяного покрова и нанос органики ветром, а многочисленные почки возобновления обеспечивают порослевое возобновление [2]. Выпас скота снижает пожароустойчивость насаждений. Животные ломают ветви, пробивают проходы, вытаптывают места лежек и т.д. В прогалах разрастается травянистая растительность, насаждение забивается привнесенными ветром «перекати поле». Сомкнутость насаждений резко снижается, они распадаются на отдельные куртины и кусты. В таких условиях при пожаре почки возобновления сильно повреждаются, в результате насаждение гибнет или его восстановление растягивается на десятилетия.

С целью выявления современного состояния и инвентаризации сохраняющихся фрагментов естественных сообществ байрачного типа в 2013-2014 годах нами проведено подробное обследование северо-западной части берега оз. Эльтон. Общая площадь обследованного участка около 110 км2. Он включает в себя нижние течения соленых речек Черная, Хара, Ланцуг и Солянка и впадающие в них балки. На участке выявлено 640 фрагментов насаждений разного размера, включая отдельно стоящие деревья и кусты. Лишь в 18 балках отмечены развитые насаждения (площадь от 100 до 3500 м2). Суммарная их площадь в 2013 г. не превышала 9000 м2. Длина балок с насаждениями от 0,3 до 2,0 км. Глубина врезки (в местах формирования насаждений) от 4 до 12 м. Кустарниковые сообщества формируются в нижней трети балок. Сомкнутость (негоревшихи невытаптываемых участков) 1,0; высота кустов 3,5 м (редкие крушины или яблони до 6,0 м). Байрачные сообщества в долинах соленых речек в большинстве случаев представлены единичными кустами и биогруппами. Единственный участок сомкнутых насаждений площадью 2670 м2 и протяженностью 445 м расположен в долине р. Хара. Суммарная площадь кустарниковых зарослей байрачного типа 11670 м2, что составляет чуть более 0,1% от всей обследованной территории.

Итак, к настоящему времени на месте исчезнувших байрачных лесов Северного Прикаспия возникли ценотически замечающие их полидоминантные кустарниковые сообщества. Их суммарная площадь, а, следовательно, и их значение для гнездящихся птиц региона ничтожны, что и выявляется при анализе изменения фаунистического состава гнездящихся лесных и дендрофильных птиц региона.

В безлесной полупустыне Заволжья лесные птицы по числу видов составляют около трети фаунистического списка, что более чем втрое превышает число видов целинной степи. Однако среди гнездящихся птиц доля лесных видов существенно меньше. Из-за дефицита мест гнездования уже к середине ХХ в. в междуречье отсутствовали могильник (Aquila heliaca), ушастая сова (Asio otus), вяхирь (Columbo palumbus), черный коршун (Milvus migrans) и др. Редко гнездилась обыкновенная пустельга (Falco tinnunculus), кобчики (F. subbuteo) , курганники (Buteo rufinus), иволга (Oriolus oriolus) [7]. Следовательно, естественные древесно-кустарниковые сообщества уже не обеспечивали сохранение популяций большинства лесных и дендрофильных птиц. С середины 1960-х годов, когда искусственные посадки оформилась в высокоствольные насаждения, многие лесные и дендрофильные виды стали обычными. Однако пожары и старение искусственных насаждений привело кснижениеих площади, что уже отражается на лесных и дендрофильных птицах. В 2010-х года хуже не фиксируются огромные летние скопления крупных хищных птиц [7], существенно снизилось число гнездящихся и пролетных видов.

Климатические изменения последних лет создают предпосылки для проникновения в степное и полупустынное Заволжье видов лесного комплекса [8]. В тоже время некоторые виды, сохраняющиеся в пойменных лесах Волги, Еруслана и Урала (сплюшка (Otus scops), обыкновенная горлица и др.), с трудом проникают на территорию междуречья, т.к. искусственное лесоразведение компенсирует уничтожение естественной древесно-кустарниковой растительности далеко не полностью [1].

Из 125 видов, гнездящихся в регионе [3], лишь 33 (27%) гнездятся или могут гнездиться на деревьях или в кустарниках. Из 24 видов, гнездящихся только на деревьях или в кустарниках (облигатные дендрофилы), большинство (19) – представители собственно лесной зоны, выходцы из приречных лесов и лесостепных дубрав. Больше половины (54%) облигатных дендрофилов гнездится только в искусственные посадках (горлица обыкновенная (Streptopelia turtur), горлица кольчатая (S. decaocto), сплюшка, синица длиннохвостая (Aegithalos caudatus), лазоревка (Parus caeruleus), дятел большой пестрый (Dendrocopos major), вяхирь; сорокопут-жулан (Lanius collurio), сорокопут серый (L. excubitor), славка серая (Sylvia communis), славка-завирушка (S. curruca), коршун черный, грач (Corvus frugilegus)), а остальные – как в естественных, так и в искусственных насаждениях (синица большая (Parus major), иволга обыкновенная, сова ушастая, ремез обыкновенный (Remiz pendulinus), сорокопут чернолобый (Lanius minor), могильник, кобчик, пустельга обыкновенная, овсянка черноголовая (Emberiza melanocephala), овсянка желчная (Emberiza bruniceps), курганник). Интересно, что степные, сухостепные и полупустынные птицы, представленные тремя видами (курганник, желчная и черноголовая овсянки), попадают именно в эту группу.

Преимущественные дендрофилы предпочитают гнездиться в насаждениях, но при дефиците мест гнездования занимают иные стации (сорока (Pica pica), ворона серая (Corvus cornix), скворец обыкновенный (Sturnus vulgaris), галка (Corvus monedula)). Факультативных дендрофилы, даже при наличии доступных для гнездования насаждений, охотно используют иные местообитания (лунь болотный (Circus aeruginosus), воробей домовый (Passer domesticus), воробей полевой (P.r montanus), орел степной (Aquila rapax orientalis)). В двух последних группах зональным видом является только степной орел, а остальные – виды неопределенного экологического профиля и синантропы. Можно прогнозировать дальнейшую экспансию именно этих видов, уже сегодня наиболее многочисленных в полидоминантных зарослях. Мы видим, что естественная древесно-кустарниковая растительность уже безразлична для гнездящихся лесных птиц региона. В тоже время ее наличие вполне достаточно для подержания популяций нелесных дендрофильных птиц. Велико значение этих насаждений и для пролетных видов. Так через одну куртину жостера, площадью менее 20 м2, в период интенсивного пролета за сутки проходит до 1000 мелких воробьиных птиц [1].

Таким образом, на территории Волго-Уральского междуречья естественные байрачные леса сменились полидоминантными кустарниковыми сообществами, уязвимыми к воздействию выпаса и пожаров. Эти сообщества утратили свое значение для гнездящихся лесных видов птиц, что ведет не только к резкому сокращению фаунистического списка региона, но и к серьезным изменениям характера населения животных. Оставляя за скобками вопрос создания или реконструкции искусственных насаждений, мы считаем необходимым разработку стратегии сохранения имеющихся полидоминантных насаждений хотя бы на охраняемых территориях Волго-Уральского междуречья. 

Работа выполнена при поддержке гранта РФФИ 13-05-00808 

Список литературы:

  1. Быков А.В. Значение древесно-кустарниковой растительности для позвоночных животных глинистой полупустыни Заволжья // Арид. экосистемы. 2010. Т. 16, № 5. С. 90-97.
  2. Быков А.В., Бухарева О.А., Колесников А.В. Воздействие пожаров на естественные терновники озерных депрессий Северо-Запада Прикаспийской низменности // Лесоведение. 2013. № 2. С. 31-37.
  3. Быков А.В., Линдеман Г.В., Лопушков В.А. Фауна млекопитающих, птиц, рептилий и амфибий Заволжской глинистой полупустыни // Животные глинистой полупустыни Заволжья. М.: Тов-во науч. изд. КМК, 2009. С.13-61.
  4. Динесман Л.Г. Изменение природы северо-запада Прикаспийской низменности. М. : Изд. АН СССР, 1960. 160 с.
  5. Доскач А.Г. Природное районирование Прикаспийской полупустыни. М.: Наука, 1979. 142 с.
  6. Линдеман Г.В. Птицы искусственных лесных насаждений в глинистой полупустыне Северного Прикаспия // Животные искусственных лесных насаждений в глинистой полупустыне. М.: Наука, 1971. С.120-151.
  7. Линдеман Г.В., Абатуров Б.Д., Быков А.В., Лопушков В.А. Динамика населения позвоночных животных Заволжской полупустыни. М.: Наука, 2005. 252 с.
  8. Опарин М.Л., Опарина О.С., Матросов А.Н., Кузнецов А.А. Динамика фауны млекопитающих степей Волго-Уральского междуречья за последнее столетие // Поволж. экол. журн. 2010. № 1. С.71-85.
  9. Роде А.А., Польский М.Н. Почвы Джаныбекского стационара, их морфологическое строение, механический и химический состав // Тр. Почв. ин-та. 1961. Т. 24. С. 3-214.
  10. Ходашова К.С. Природная среда и животный мир глинистых полупустынь Заволжья. М.: Изд-во АН СССР, 1960. 140 с. 

Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!