ВЗАИМОСВЯЗЬ КУЛЬТУРНОГЕНЕТИЧЕСКИХ И ПРИРОДНЫХ ПРОЦЕССОВ В ЛЕСОСТЕПИ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В БРОНЗОВОМ И РАННЕМ ЖЕЛЕЗНОМ ВЕКАХ

RELATIONSHIP OF CULTURAL AND NATURAL PROCESSES IN THE FOREST-STEPPE OF WESTERN SIBERIA IN THE BRONZE AND EARLY IRON AGES

 

Н.Е.Рябогина, С.Н.Иванов, В.М.Костомаров

N.E.Ryabogina, S.N.Ivanov, V.M.Kostomarov

Институт проблем освоения Севера СО РАН

(625003, Тюмень, а/я 2774, Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.)

Institute of Northern Development  Siberian Branch of RAS

(625003, Tyumen, box 2774, Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.)

 

В работе сопоставлены палинологические, палеопочвенные, стратиграфические и археологические данные, иллюстрирующие природные изменения на юге Западной Сибири в позднем голоцене. Прослежена их региональная согласованность, в том числе и с сопредельными районами.

This paper compares palynological, paleosoil, stratigraphic and archeological data which illustrating natural changes in the south of Western Siberia in the late Holocene. Discussed  the regional coordination of them, including with neighboring areas. 

По спорово-пыльцевым данным эпизоды наступления степи на лес в позднем голоцене Западной Сибири отмечаются исследователями очень редко, превалирует мнение об относительной стабильности южной границы тайги. Это утверждение, однако, не подтверждается почвенными данными (на юге Западной Сибири отмечается вторичный гумусовый горизонт под лесными почвами), палеопочвенными данными, а также не согласуется с направлениями миграции древнего населения и изменениями в структуре хозяйства [3, 7, 12, 13].

Ландшафтно-климатические изменения в позднем голоцене южных районов Западной Сибири слабо изучены - как правило, они описаны обобщенно через 1000-2500 летние интервалы. Отсутствие детализации природных изменений  значительно осложняет их корреляцию с культурно-генетическими процессами. В свою очередь археологические данные могут становиться маркерами палеоэкологических изменений. Поэтому нам показалось интересным сопоставить палинологические, палеопочвенные, стратиграфические и археологические данные, проследив их региональную согласованность в Западной Сибири и сопредельных районах.

Начало суббореального периода голоцена (5000-4500 л.н.), на территории Западной Сибири это преддверие бронзового века, традиционно сопоставляется с похолоданием и увеличением увлажнения. Однако на юге Западной Сибири признаки увлажнения проявилось только на крайнем западе и востоке в районе Притоболья [7] и Новосибирского Приобья [1, 22]. Однако, отмеченные подъемы воды и развитие березовых лесов в долине р. Тобол, возможно, связаны не с местными климатическими условиями, а с увеличением увлажнения на западных участках водосбора реки. Это согласуется с представлением об оптимально влажном времени в Приуралье в начале суббореального времени.  В целом для полосы Тоболо-Ишимской лесостепи выделены следующие палеоклиматические колебания: 4800-4700 л.н. увеличение увлажнения в Притоболье и похолодание; 4700-4600 л.н. потепление; 4600-4500 л.н. – увлажнение [7]. За пределами долины Тобола, в Тоболо-Ишимском и Ишим-Иртышском междуречье начало суббореального периода было теплым и сухим. В это же время озерные водоемы иссушались и заторфовывались, а лесов было крайне мало. Ландшафты лесостепного типа занимали территорию, выходящую за границы их современного ареала, захватывая часть современной зоны подтайги [7]. В это же время археологи отмечают участившиеся контакты местного населения лесостепного Тоболо-Ишимья с южными культурами и начавшуюся миграцию на север вдоль крупных рек.

На юго-востоке Западной Сибири в это время отмечается похолодание, сопровождавшееся увеличением эффективного увлажнения, благоприятное для развития лесов и активизации процессов заболачивания в районах современной подтайги [1]. Чуть южнее, в Новосибирском Приобье, по палинологическим данным выделяется умеренно-влажный, но теплый этап [22].

Таким образом, вероятно, путь прохождения атлантических циклонов в начале суббореального времени практически не затронул центральную часть юга Западной Сибири и Северный Казахстан. Раннесуббореальное похолодание и улучшение условий увлажнения здесь не проявилось. Так и в Волго-Донских степях около 5000-4700 л.н. начинается процесс аридизации продлившийся около тысячелетия [4], а в сибирско-казахстанских степях он был более продолжительный и резко выраженный [12, 14].

Наиболее сухой и теплый климат в Притоболье и Ишимской лесостепи отмечен в середине суббореального периода (4500-3200 л.н.). Климатические условия не были однородными, выделяются интервалы незначительного увеличения увлажнения (4300-4100 и 3700-3450 л.н.) и теплого сухого климата (4500-4300 л.н., 4100-3900, 3900-3700 и 3450-3200 л.н.) [7]. Последние проявились интенсивней и были определяющими в формировании облика растительного покрова. За это время обмелели водоемы, почти исчезли леса, основной фон ландшафтов формировали остепненные луга и луговые степи. Наиболее интенсивная подвижка границ природных зон на север отмечена в Тоболо-Ишимье около 3400-3200 л.н. Более умеренной была аридизация на востоке – в Барабе и Новосибирском Приобье. Хотя и здесь также отмечалось распространение марево-полынно-злаковых лугов и зарастание озер [22].  Этот же период ознаменовался вторжением в регион скотоводов-мигрантов продвигавшихся в начале II тыс. до н.э. с юга на север и восток, быстрой переориентацией хозяйства местного населения на производящие отрасли (скотоводство), увеличением численности населения [17]. Примечательно, что уже около середины II тыс. до н.э. скотоводы начинают осваивать очень низкие участки речных долин, в настоящее время иногда затапливаемые, а также сооружают в жилищах колодцы, что говорит о дефиците воды [6].

Полученные данные свидетельствуют о том, что «наступление» степи на лес в среднесуббореальном ксеротерме было в голоцене наиболее значительным,  а конец II - начало I тыс. до н.э. являлись эпохой ярко выраженного экологического кризиса [9, 13, 14]. Это подтверждают и палеопочвенные данные юга Западной Сибири, Северного и Центрального Казахстана - почвы суббореального периода характеризовались чертами большей аридности и континентальности [18]. Темно-каштановые почвы занимали место современных черноземов обыкновенных, происхождение второго погребенного гумусового горизонта под современными лесными почвами подтайги также связывают с суббореальным временем [3]. Интересно, но около 3800-3700 л.н. на территории Волго-Донских степей по палеопочвенным данным уже отмечается смягчение климатических условий за счет увеличения увлажнения [4]. Вероятно, этот климатический тренд дойдет до западно-сибирских степей значительно позднее.

Финал суббореального периода (3200-2500 л.н.) выделяется как прохладное, но по-прежнему сухое время, только на крайнем северо-западе лесостепи Западной Сибири начинается развитие лесов, южнее продолжают господствовать безлесные ландшафты с остепненными лугами. Продвижение лесов на юг лимитировалось фактором увлажнения. Первые признаки похолодания на западе в Притоболье отмечается уже 3100-2800 л.н., а в Приишимье после 2700-2500 л.н. [7], в Северном Казахстане около 2900-2800 л.н. [14] и 2700 л.н. [12]. На юго-востоке в Новосибирском Приобье и Барабе конец суббореального времени характеризуется похолоданием и увлажнением [22]. Однако, судя по всему улучшение увлажнения не было характерно для многих районов.  Сухой и аридный климат продержался в сибирско-казахстанских степях вплоть до 2800 л.н. [9, 10, 21], в Калмыкии и Северном Прикаспии господствовали полупустынные ландшафты [20]. В целом в это время уже началось смещение к югу ландшафтов подтаежного типа и северной лесостепи, но южнее положение рубежей лесостепи и степи поколебалось незначительно.

К этому времени в Западной Сибири относится смена бронзового века ранним железным и переход к комплексному типу хозяйства, сочетавшему производящие и присваивающие отрасли. По восточным склонам Урала и правобережным притокам Тобола, по долинам Оби, Иртыша и Ишима на территорию современных лесостепей и степей активно начинают проникать группы таежного населения [7]. Уже в позднебронзовое время на территории Притоболья чересполосно обитают группы классических скотоводов (черкаскульская культура) и группы, с существенной охотничье-рыболовческой составляющей в хозяйстве (пахомовская культура). Продолжатели традиций пахомовского населения (сузгунская и бархатовская культуры) и культурные образования переходного времени (иткульская) сохраняют эту специфику, что указывает на преимущества комплексного  хозяйства в сложившихся ландшафтно-климатических условиях [8, 15]. К финалу суббореального времени приурочены и наиболее частые, но не очень успешные, попытки начала земледелия в южных районах Западной Сибири [7].

Процесс установления современных границ природных зон начался в субатлантическом периоде голоцена. Уже на раннем его этапе (2500-1900 л.н.), охватившим большую часть раннего железного века, оптимизация условий увлажнения приводит к постепенному развитию лесов в ранее безлесных южных районах - на юге преимущественно березовых, на севере с участием сосны и редкой примесью ели. Даже для территории Рын-Песков палинозона, характеризующая интервал 2600-2400 л.н., связана с исчезновением пыльцы полыней и термофильных древесных пород [11], из-за похолодания и улучшение соотношения тепла и влаги. В южных районах Западной Сибири с раннесубатлантическим временем связано изменение свойств почв – темно-каштановые солонцеватые почвы эволюционируют в черноземы южные, что свидетельствует о менее континентальном климатическом режиме и начале смещения природных зон к югу [12, 18].

Важно отметить, что на общем фоне похолодания часто проявляются микроплювиалы и микроариды, хорошо зафиксированные по палеопочвенным данным в Заволжье [4] и по палинологическим Зауралье [7]. В Тоболо-Ишимье, например, выявляется интервал с признаками повторного остепнения растительности (2300-2100 л.н.), сменившийся  2100-1900 л.н. влажным похолоданием, однако кардинально ландшафтные условия при этом не изменились. Совершенно иная ситуация складывалась южнее, где это иссушение достигло катастрофического размаха. Резкая аридизация климата проявилась около 2300 л.н. в строении почв Северного Казахстана (растрескивание, увеличение доли карбонатов и солей). Ухудшение экологических условий и деградация пастбищ были одной из причин миграций сарматов на запад в Поволжье, и в лесостепное Зауралье, где иссушение было умеренным [18, 21]. В стратиграфии северо-казахстанских торфяников также выделяются слои замедления торфонакопления после 2500-2000 л.н. [14]. В степях Южного Урала после сравнительно гумидного этапа около 2700-2500 л.н., отмечается новое усиление засушливости 1900-2400 л.н., но не столь резкое как в суббореальное время [5].

В раннем железном веке практически весь юг Западной Сибири охватывал ареал саргатской культуры, просуществовавшей здесь около тысячелетия. Период V в. до н.э. – II в. н.э. в Тоболо-Ишимье характеризуется самой высокой плотностью заселения [16]. Исследователи отмечают комплексность и многоукладность экономики носителей саргатской культуры, преобладание в разное время кочевого, полукочевого, оседлого или полуоседлого типов хозяйства при вспомогательной роли охоты и рыболовства вследствие адаптации населения к часто меняющимся природным условиям [17].

В середине субатлантического периода (1900-1000 л.н.) повсеместно сократилась доля остепненных лугов, увеличение скорости торфонакопления в торфяниках, с 1700-1400 л.н. активно развивались леса, причем началось продвижение сосновых ленточных боров в степи Северного Казахстана вдоль Тобола, Убагана, Исети и Ишима [7, 17]. Появление частой примеси сосны в лесах происходил синхронно в других районах на юге Западной Сибири.

Последнее тысячелетие отличалось короткопериодичными и слабо выраженными колебаниями климата, даже малый климатический оптимум и малый ледниковый период. В Тоболо-Ишимье ландшафтные условия уже были похожи на современные, небольшие колебания режима увлажнения и температур не изменяли общий облик территории. Детализация природных изменений этого времени для других регионов южной части Западной Сибири – практически не проводилась, исключением являются данные по Суминскому займищу [2]. Здесь реконструировано резкое потепление около 1000 л.н., и волна похолодания и увлажнения в период 780-650 л.н. После 500 л.н. и в Барабе и Тоболо-Ишимье синхронно началось потепление. 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

  1. Борисова О.К., Зеликсон Э.М., Кременецкий К.В., Новенко Е.Ю. Ландшафтно-климатические изменения в Западной Сибири в позднеледниковье и голоцене в свете новых палинологических данных // Известия РАН Серия географическая. 2005. № 6. С.38-49.
  2. Букреева Г.Ф., Архипов С.А., Волков В.С., Орлова Л.А. Климат Западной Сибири: в прошлом и будущем // Геология и геофизика. Т. 36, № 11. С. 3-22.
  3. Гаджиев И.М. Эволюция почв южной тайги Западной Сибири. Новосибирск: Наука, 1982. 279 с.
  4. Демкин В.А., Борисов А.В., Демкина Т.С., Хомутова Т.Э, Золотарева Б.Н., Каширская Н.Н., Удальцов С.Н., Ельцов М.В. Волго-Донские степи в древности и средневековье (по материалам почвенно-археологических исследований). Пущино: SYNCHROBOOK, 2010. 120 с.
  5. Демкин В.А., Демкина Т.С., Песочина Л.С. Палеоэкология восточно-европейских степей в скифо-сарматское время // Скифы северного Причерноморья. М.: Наука, 1999. С. 45-47.
  6. Зах В.А. Поселок древних скотоводов на Тоболе. Новосибирск: Наука, 1995. 96 с.
  7. Зах В.А., Рябогина Н.Е Ландшафты и человек в среднем и позднем голоцене лесостепного Тоболо-Ишимья // Антропология, этнография и антропология Евразии. 2005.  Вып. 4. С. 75-90.
  1. Зимина О.Ю., Зах В.А Нижнее Притоболье на рубеже бронзового и железного веков. Новосибирск: Наука, 2009. 232 с.
  2. Иванов И.В. Эволюция почв степной зоны как индикатор изменений климатических условий в голоцене // Палеоклиматы позднеледниковья и голоцена. М., 1989. С. 68-75.
  3. Иванов И.В. Эволюция почв степной зоны в голоцене. М.: Наука, 1992. 143 с.
  4. Иванов И.В., Васильев И.Б. Человек, природа и почвы Рын-песков Волго-Уральского междуречья в голоцене. М.: Интеллект, 1995.  264 с.
  5. Иванов И.В., Луковская Т.С. Динамика природных условий, почвообразования и взаимодействия природы и общества в степях Евразии, некоторые вопросы палеогеографии голоцена // Экология и почвы: Избранные лекции I–VII школ (1991–1997 гг.). Пущино: ИФХиБПП, 1998.  Т. 1.  С. 283-302.
  6. Иванов И.В., Чернянский С.С. Общие закономерности развития черноземов Евразии и эволюция черноземов Зауралья // Почвоведение. 1996. № 9. С. 1045-1055.
  7. Кременецкий К.В., Тарасов П.Е., Черкинский А.Е. История островных боров Казахстана в голоцене // Ботанический журнал. Т. 79, № 3.  С. 13-30.
  8. Матвеев А.В., Аношко О.М. Зауралье после андроновцев: Бархатовская культура. Тюмень: Тюм. дом печати, 2009. 416 с.
  9. Матвеева Н.П. Саргатская культура на среднем Тоболе. Новосибирск: Наука, 1993.  175 с.
  10. Матвеева Н.П., Волков Е.Н., Рябогина Н.Е. Древности Ингальской Долины. Новосибирск: Изд-во Наука, 2003. 176 с.
  11. Рысков Я.Г., Демкин В.А. Развитие почв и природной среды степей южного Урала в голоцене (опыт реконструкции с использованием методов геохимии стабильных изотопов). Пущино: ОНТИ ПНЦ РАН, 1997. С. 23-35.
  12. Рябогина Н.Е., Иванов С.Н. Древнее земледелие в Западной Сибири: проблемы аргументации, палеоэтноботанические методы и анализ фактов // Археология, этнография и антропология Евразии. 2011. № 4(48). С. 96-106.
  13. Спиридонова Е.А., Лаврушин Ю.А. Корреляция геолого-палеоэкологических событий голоцена арктической, бореальной и аридной зон Восточной Европы // Четвертичная геология и палеогеография России. М.: ГЕОС, 1997. С. 151-171.
  14. Таиров А.Д. Изменения климата степей и лесостепей Центральной Евразии во II–I тыс. до н.э.: Материалы к историческим реконструкциям. Челябинск: Рифей, 2003.  68 с.
  15. Хазина И.В. Растительность и климат в голоцене Юго-Восточной части Западной Сибири: по палинологическим данным: Автореф. дис. … канд. геол.-минерал. наук. Новосибирск, 2008.  16 с.

Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!