ФЕНОТИПИЧЕСКОЕ СВОЕОБРАЗИЕ ДВУХ ЛОКАЛЬНЫХ ПОПУЛЯЦИЙ СЕННИЦЫ COENONYMPHA AMARYLLIS (STOLL, 1782) (LEPIDOPTERA: SATYRIDAE) ИЗ ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

THE PHENOTYPICAL ORIGINALITY OF TWO LOCAL POPULATIONS OF THE HEATH COENONYMPHA AMARYLLIS (STOLL, 1782) (LEPIDOPTERA: SATYRIDAE) FROM CHELYABINSK REGION 

 

Е.Ю. Захарова

E.Yu. Zakharova

Институт экологии растений и животных УрО РАН
(620144, Екатеринбург, ул. 8 Марта, 202)
Institute of Plant and Animal Ecology, Ural Branch of the RAS
(620144 Ekaterinburg, 8Marta str., 202)


В работе проанализирована изменчивость длины крыла и диаметров пятен крылового рисунка сибирско-монгольского вида сенницы Coenonympha amaryllis (Stoll, 1782) (Lepidoptera: Satyridae). Показано, что локальные популяции этого вида, обитающие в лесостепи и степи Челябинской области, обладают значительным фенотипическим своеобразием, что, по-видимому, обусловлено географической удаленностью и изолированностью от основной части ареала.

Variability of wing length and diameters of wing pattern eyespots in the widespread Siberian and Mongolian butterfly species Coenonympha amaryllis (Stoll, 1782) (Lepidoptera: Satyridae) is analyzed. It is shown that local populations of this species inhabiting the forest-steppe and steppe, Chelyabinsk region, possess significant phenotypic originality that seems to be due to geographical remoteness and isolation from the rest of the area.

 

Для фауны бархатниц (Lepidoptera: Satyridae) степной зоны Южного Урала ряд авторов [3, 4, 6, 9, 11] указывает вид Coenonympha amaryllis (Stoll, 1782). Так, Э. Эверсман (1844) приводил его для Башкирии (район Уфы) [10], А.В. Бутлеров (1848) – для Оренбургской области [2]. В настоящее время C. amaryllis является видом-индикатором неповрежденных степных сообществ [1] и для Челябинской области внесен в региональную Красную книгу в статусе редкого и малоизученного (IVкатегория) [7]. В данной работе мы рассматриваем географическую изменчивость некоторых морфологических признаков номинативного подвида C. amaryllis, распространенного в зоне лесостепей и степей Челябинской области в сравнении с популяциями из основной части ареала этого широко распространенного сибирско-монгольского вида.

Выборки C. amaryllis были сделаны в двух локальных местообитаниях вида на Южном Урале.

1. Леоновские горы в Верхнеуральском районе Челябинской области (53º 52´с.ш.; 59º 13´в.д.). Согласно схеме ботанико-географического районирования, данная территория относится к району южной лесостепи Зауральского пенеплена лесостепной зоны Зауралья и Западно-Сибирской равнины [8]. Растительность Леоновских гор представлена горной лесостепью, где березовые и осиново-березовые колки сочетаются с луговыми и настоящими злаково-разнотравными степями, петрофитными степями. Сложный, значительно расчлененный рельеф района обусловливает большую пестроту растительного покрова, в котором непрерывно сменяются лесные, лугово-степные и петрофитно-степные ассоциации, создающие в местах контакта разнообразные ассоциации и группировки, что обусловливает и разнообразие лепидоптерофауны. C. amaryllis отлавливали по склонам г. Большая и другим горам гряды с 23 по 28 июня 2009 г. (57 ♂♂, 23♀♀).
2. Челябинская обл., Кизильский р-н., окр. пос. Ждановский, г. Чека (52º 34´ с.ш. 59º 06´ в.д.). Данный район исследования расположен в Магнитогорско-Приуральском степном районе степной зоны Челябинской области. Исходным типом степей данного района являются разнотравно-ковыльные и луговые степи, которые в настоящее время почти полностью распаханы и заняты посевами и залежами [8]. Гора Чека является Памятником природы, однако на склонах, у подножия горы, на прилегающих участках степи ведется выпас скота, сенокошение и регулярные палы сухой травы, кроме того, данная территория испытывает значительную рекреационную нагрузку из-за регулярного посещения туристами. В ложбинах с более сильным увлажнением встречаются участки луговых степей и остепненных лугов, а также заросли степных кустарников. Растительные сообщества на вершине и по склонам горы представлены типичными петрофитными степями. C. amaryllisотлавливали по склонам г. Чека с 5 по 11 июня 2010 г. (48 ♂♂, 3♀♀).

Бабочек отлавливали, а затем фотографировали с помощью фотоаппарата Canon Eos 450D. Используя оцифрованные изображения, измеряли длину крыла (переднего – LF и заднего – LH) и диаметры глазчатых пятен крылового рисунка с вентральной стороны в пакете программ Siams Mesoplant. Обозначения и номенклатура глазчатых пятен в крыловом рисунке данного вида приведены в статье [5]. Для сравнения с нашими выборками из Челябинской области мы использовали материал фондовых коллекций Зоологического института РАН (г. Санкт-Петербург): 1) выборки C. amaryllis из окр. г. Минусинск (15 ♂♂) и г. Красноярск (9 ♂♂) (Красноярский край); 2) выборки из окр. г. Сретенск (41 ♂♂) и Нерчинск (24 ♂♂, 12 ♀♀) Читинской области.

Результаты измерений длины крыла приведены в таблице 1. Как и у большинства других видов рода Coenonympha Hübner, самки C. amaryllis несколько крупнее самцов: длина крыла у самок в среднем на 0.5 – 1.0 мм больше соответствующего параметра у самцов. Кроме того, самки имеют в среднем большее число глазчатых пятен, и они крупнее, чем у самцов. Южно-уральские сенницы имеют большие размеры по сравнению с особями из сибирских популяций. В связи с наличием размерного полового диморфизма по морфологическим признакам и недостаточным объемом выборок самок, дальнейший анализ географической изменчивости проводили по выборкам самцов.

Таблица 1

Средние значения длины переднего и заднего крыла Coenonympha amaryllis, мм

Выборка

Пол

Длина переднего крыла, мм

Длина заднего крыла, мм

Челяб. обл., Леоновские горы

самцы

17,4±0,7

13,4±1,4

-«-

самки

17,7±0,6

14,1±0,5

Челяб. обл., г. Чека,

самцы

18,4±0,7

14,5±0,6

Красноярский край, Минусинск

самцы

15,9±0,6

12,5±0,6

Красноярский край, Красноярск

самцы

15,4±0,7

12,3±0,5

Читинск. обл., Сретенск

самцы

16,3±0,7

12,7±0,4

Читинск. обл., Нерчинск

самцы

16,1±0,5

12,4±0,6

-«-

самки

16,9±0,7

13,4±0,6

Дискриминантный анализ всего комплекса метрических признаков показал наличие достоверных различий между всеми анализируемыми популяциями. Значения расстояний Махаланобиса (табл. 2) между выборками с Южного Урала и из Сибири максимальны и свидетельствуют означительном фенотипическом своеобразии первых. Две изученные локальные популяции также отличаются друг от друга статистически достоверно (D2 = 3,35, p = 0,001), что свидетельствует об их изолированности, несмотря на то, что расстояние между Леоновскими горами и горой Чека относительно невелико (около 150 км). По-видимому, изолированность этих степных популяций C. amaryllis обусловлена следующими факторами: небольшим радиусом индивидуальной активности особей, низкой миграционной активностью вида и мозаичным характером пригодных ненарушенных степных сообществ в данном регионе.

Таблица 2

Обобщенные расстояния Махаланобиса между выборками C. amaryllis по комплексу метрических признаков

 

Красноярский край

Читинская

обл.

Челябинская обл.

Леоновские

горы

г. Чека

Краноярский край

0,00

     

Читинская обл.

4,58

0,00

   

Леоновские горы

8,78

9,05

0,00

 

г. Чека

17,99

15,44

3,35

0,00

Выражаю искреннюю признательность за предоставленную возможность работы с фондовой коллекцией дневных чешуекрылых Зоологического института РАН, в.н.с. С.Ю. Синеву и куратору коллекции с.н.с. А.Л. Львовскому. Благодарю моих коллег И.Б. Головачева, Т.С. Ослину, П.В. Рудоискателя, Т.К. Туневу, М.В. Чибиряка за помощь в сборе энтомологического материала во время полевых экспедиционных работ в Челябинской области.

Работа поддержана грантом РФФИ 11-04-00720-а, а также проектами 12-П-4-1048 Программы Президиума РАН и 12-С-4-1031 Программы фундаментальных исследований, выполняемых совместно организациями УрО, СО и ДВО РАН, грантом НШ-5325.2012.4.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Берлов О.Э., Берлов Э.Я. Население и экология булавоусых чешуекрылых (Lepidoptera, Diurna) антропогенных биотопов окрестностей села Харат Иркутской области // Бюл. ВСНЦ СО РАМН. 2006. № 2. С. 9–13.

2. Бутлеров А.М. Дневныя бабочки Волго-уральской фауны // Казань: Император.Казан.ун-т, 1848. 60 с.

3. Горбунов П.Ю., Ольшванг В.Н., Лагунов А.В. и др. Дневные бабочки Южного Урала. Препринт. Екатеринбург: УрО РАН, 1992. 132 с.

4. Горбунов П.Ю., Ольшванг В.Н. Итоги изучения фауны дневных бабочек (Lepidoptera, Rhopalocera) Южного, Среднего и Северного Урала // Успехи энтомологии на Урале: Сб. научн. трудов. Екатеринбург, 1997. С. 88–98.

5. Захарова Е.Ю. Фенотипическая изменчивость урало-сибирских популяций сенницы Coenonympha amaryllis (Stoll, 1782). // Экология. 2012. № 2. С. 143 – 149.

6. Каталог чешуекрылых (Lepidoptera) России / Под ред. Синева С.Ю. СПБ.; М.: КМК, 2008. 424 с.

7. Красная книга Челябинской области: животные, растения, грибы / М-во по радиацион. и экол.безопасности Челяб. обл., ИЭРиЖ УрО РАН. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та. 2005. 450 с.

8. Куликов П.В. Коспект флоры Челябинской области (сосудистые растения). Екатеринбург/Миасс: Геотур, 2005. 537 с.

9. Львовский А.Л., Моргун Д.В. Булавоусые чешуекрылые Восточной Европы. М.: Т-во науч. изд. КМК, 2007. 443 с.

10. Anikin V.V., Sachkov, Zolotuhin V.V. «Fauna lepidopterologica Volgo-Uralensis» 150 years later: changes and additions. Part 1. Rhopalocera (Insecta, Lepidoptera) // Atalanta. 1993. Vol. 24. № 1 / 2. P. 89-120.

11. Gorbunov P., Kosterin O. The butterflies (Hesperioidea and Papilionoidea) of North Asia (Asian part of Russia) in nature. M.: Rodina & Fodio, 2007. V. 2. 408 p.


Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!