СТЕПИ И МЛЕКОПИТАЮЩИЕ ЮГА ВОСТОЧНОЙ СИБИРИ В ПОЗДНЕМ КАЙНОЗОЕ

 

Для современного рельефа юга Восточной Сибири характерно чередование низких и средневысотных хребтов, обладающих сглаженными водоразделами, и межгорных впадин. Сплошная степная зона отсутствует, выделяются лишь отдельные участки. Забайкальские степи простираются от 49 до 53° с. ш., занимая большие пространства межгорных впадин, речных долин, южных склонов гор между озером Байкал и р. Аргунь. На юге рельеф носит «гобийский» характер, он отличается слабодренированными и бессточными степными котловинами с пересыхающими или солеными озерами, сложной сетью сухих падей, широкими долинами рек со сложными меандрами. Здесь развит останцовый мелкосопочный рельеф. Южные склоны, как правило, заняты степями только на севере и на западе. На юго-западе Восточной Сибири расположена Тувинская котловина (Республика Тыва), состоящая из нескольких котловин различного размера и разделяющих их небольших хребтов и плоскогорий. Вдоль предгорий распространены делювиально-аллювиальные равнины, занимающие центральные части котловины. Хребты Танну-Ола отделяют Тувинскую котловину от бессточной Убсунурской котловины. Почти вся западная часть Тувинской котловины покрыта равнинными и холмистыми степями. В горах, на сухих каменистых склонах и плато, распространены изолированные степные участки.
Большая часть местонахождений ископаемой фауны юга Восточной Сибири известна в Селенгинском среднегорье (Западное Забайкалье), горы которого возвышаются на высоту от 800 до 1400 м над уровнем моря. Примерно на ? рассматриваемой территории занимает низкогорный рельеф, он развит в нижнем и среднем течении рек Хилок, Чикой, Джида, в бассейнах рек Тарбагатай, Тугнуй. Превышение хребтов над днищами межгорных впадин и долин уменьшается с юго-запада на северо-восток, достигая максимума близ западных границ бассейна р. Селенга и минимума в верховьях р. Уда и на Удино-Витимском междуречье, в этом же направлении соответственно возрастает и общая сглаженность рельефа [12].
В Западном Забайкалье в раннем плиоцене происходило накопление отложений красноцветной монтмориллонит-карбонатной формации, к которым в Селенгинском среднегорье приурочены местонахождения плиоценовой фауны, известные по долинам рек Селенга, Темник, Чикой. В долине р. Темник 4,2-3,2 млн лет назад на южных склонах хребтов Хамар-Дабан и Хамбинский обитали Parapresbytis eohanuman, Hypolagus transbaicalicus, H. multiplicatus, Ochotonoides complicidens, Ochotona aff. sibirica, Ochotona sp., Castor sp., Orientalomys cf. sibiricus, Kowalskia sp., Gromovia daamsi, Cricetinus cf. varians, Prosiphneus praetingi, Villanyia ex gr. eleonorae, Promimomys cf. gracilis, Promimomys cf. stehlini, Mimomys cf. minor, Nyctereutes sp., Canis sp., Ursus ex gr. ruscinensis-minimus, Parailurus baikalicus, Gulo sp., Ferinestris sp., Parameles suillus, Pannonictis sp., Pachycrocuta pyrenaica, Chasmoportetes sp., Lynx shansius, Homotherium sp., Zygolophodon sp., Archidiskodon sp., Postschizotherium cf. chardini, Hipparion tchicoicum, H. houfenense, Dicerorhinus sp. (две формы), Axis shansius, Orchonoceros gromovi, Capreolus constantini, Bovidae gen. indet. (четыре формы), Antilospira zdanskyi, Gazella sinensis, Ovis sp. [6, 8]. О существовании степных ландшафтов на южных склонах хребтов свидетельствует присутствие в фауне Удунга таких видов, как гиена (P. pyrenaica), хазмопортетес (Chasmoportetes sp.), гиппарион (H. tchicoicum), носорог (Dicerorhinus sp.), винторогая антилопа (A. zdanskyi), газель (G. sinensis) и другие антилопы, которые пока не определены до рода и вида (Bovidae gen. indet.). На существование открытых пространств указывает и травянистый покров, состоящий из представителей семейств Gramineae, Chenopodiaceae, Polygonaceae, Asteraceae, Onagraceae, Caryophyllaceae, Rubiaceae, Valerianaceae и Artemisia [16].
В Тувинской котловине, очевидно, в это время обитал другой вид гиппариона – Hipparion plocodus, который, по мнению В.И. Жегалло [4], по пищевым адаптациям был сходен с H. mongolicum, обитавшего в саванных ландшафтах.
В Чикойской и Иволгинской впадинах в позднем плиоцене (3,2-2,5 млн лет назад) обитали разнообразные млекопитающие, в том числе Beremendia fissidens, Petenyia hungarica, Pliolagus sp., Ochotonoides complicidens, Ochotona tologoica, O. intermedia, O. minor, Sinocastor cf. zdanskyi, Sicista pliocaenica, Orientalomys sibiricus, Cricetinus cf. varians, Prosiphneus ex gr. praetingi, Villanyia eleonorae, Mimomys minor, M. reidi, Nyctereutes cf. sinensis, Parameles suillus, Euryboas cf. lunensis, Lynx shansius, Acinonyx sp., Hipparion tchicoicum, H. houfenense, Dicerorhinus sp., Orchonoceros gromovi, Palaeotragus sp., Antilospira zdanskyi, Gazella sinensis, известные из местонахождений Береговая (долина р. Чикой) и Тологой (долина р. Селенга) [2]. Присутствие в этой фауне гепарда (Acinonyx sp.), гиппарионов (H. houfenense, H. tchicoicum), носорога (Dicerorhinus sp.), палеотрагуса (Palaeotragus sp.), винторогой антилопы (A. zdanskyi) и газели (G. sinensis), несомненно, указывает на то, что в Селенгинском среднегорье в это время были достаточно широко развиты степи. Об этом свидетельствует и растительность из верхнеплиоценовых отложений Тугнуйской впадины с остатками тологойского носорога (Coelodonta cf. tologoijensis), представленная семействами Primulaceae, Urticaceae, Gramineae, Caryophyllaceae, Polypodiaceae и полынями (Artemisia) [15].
В раннем плейстоцене (1,8-1,2 млн лет назад) в период новой тектонической активизации в Байкальской рифтовой зоне стали накапливаться делювиальные и делювиально-пролювиальные красно-бурые суглинки. Они широко распространены в Итанцинской впадине, где в местонахождениях Клочнево и Засухино найдены остатки Ochotonoides cf. complicidens, Ochotona sp., O. tologoica, Citellus itanzinicus, Marmota cf. sibirica, ?Sinocastor sp., Cricetinus sp., Allophajomys pliocaenicus, Villanyia cf. laguriformes, Mimomys sp., Mimomys ex gr. newton-pusillus, Equus ex gr. sanmeniensis, Itanzatherium angustirostre, Coelodonta cf. tologoijensis, Capreolus sp., Spirocerus wongi [2, 5]. О существовании открытых ландшафтов свидетельствует присутствие в этой фауне санмэньской лошади (E. sanmeniensis) и носорога-итанцатериума (I. angustirostre). Эту же впадину в конце раннего плейстоцена (1,2-0,8 млн лет назад) населяли Ochotona sp., O. tologoica, Citellus sp., Marmota sp., Castor sp., Prosiphneus sp., Villanyia cf. laguriformes, Mimomys ex gr. pusillus, Microtus sp., Microtus cf. gregaloides, Nyctereutes sp., Canis variabilis, Xenocuon sp., Ursus sp., Gulo sp., Hyaena brevirostris cf. sinensis, Felis sp., Homotherium sp., Archidiskodon sp., Equus sanmeniensis, E. (Hemionus) aff. nalaikhaensis, Coelodonta cf. tologoijensis, Capreolus cf. s?ssenbornensis, Cervus sp., Alces latifrons, Bison sp., Spirocerus wongi [5]. В это время в Хилокской впадине обитали Canis cf. variabilis, Equus aff. nalaikhaensis, E. sanmeniensis, Coelodonta cf. tologoijensis, Bison sp., Spirocerus wongi, обнаруженные в долине р. Хилок (местонахождение Усть-Обор) [5]. На распространение степных ландшафтов в Итанцинской и Хилокской впадинах указывают суслики (Citellus sp.), сурки (Marmota sp.), гиены (H. brevirostris), санмэньская (E. sanmeniensis) и налайхская (E. nalaikhaensis) лошади, тологойский носорог (C. tologoijensis), винторогая антилопа (S. wongi), экологически приуроченные к открытым пространствам.
В начале среднего плейстоцена (800-600 тыс. лет назад) в Селенгинском среднегорье обитали Sorex sp., Ochotona daurica gureevi, ?O. dodogolica, Citellus undulatus gromovi, Allactaga saltator transbaicalicus, Cricetulus barabensis, Myospalax spalax wongi, Ellobius tancrei, Eolagurus simplicidens simplicidens, Microtus fortis, M. brandti, Archidiskodon sp., Equus sanmeniensis, Coelodonta  tologoijensis, Cervus ex gr. elaphus, Bison sp., Spirocerus peii. Они известны из местонахождения Тологой (верхняя часть средней толщи) в долине р. Селенга [2, 13]. Присутствие в этой фауне суслика (C. undulatus gromovi), тушканчика (A. saltator transbaicalicus), слепушонки (E. tancrei), желтой пеструшки (E. simplicidens simplicidens), санмэньской лошади (E. sanmeniensis), тологойского носорога (C. tologoijensis), винторогой антилопы (S. peii) указывает на широкое развитие степей в Иволгинской впадине.
В Чикойской впадине во второй половине среднего плейстоцена (300-150 тыс. лет назад) обитал верблюд (Camelus knoblochi), остатки которого обнаружены в местонахождении Усть-Киран. В этой впадине 38900?3300 лет назад обитали Ochotona sp., Marmota sibirica, Canis lupus, Vulpes vulpes, Ursus arctos, Meles meles, Martes sp., Mammuthus cf. primigenius, Equus sp., E. (Hemionus) sp., Coelodonta antiquitatis, Cervus sp., Capreolus capreolus, Rangifer cf. tarandus, Bison sp., Bos sp., Spirocerus kiakhtensis, Gazella gutturosa, Ovis cf. ammon, известные из стоянки Подзвонкая в долине р. Тамир [7]. Основное ядро в этой фауне составляли обитатели открытых пространств (лошади, куланы, шерстистые носороги, кяхтинские винтороги, дзерены), что указывает на довольно широкое развитие во впадине степных ландшафтов [9].
Удинскую впадину 30-40 тыс. лет назад населяли Lepus sp., Ochotona sp., Marmota cf. sibirica, Canis cf. lupus, Vulpes sp., Meles cf. meles, Ursus sp., Equus sp., Coelodonta cf. antiquitatis, Cervus sp., Capreolus sp., Bison sp., Gazella cf. gutturosa, Ovis cf. ammon [7, 11]. Их остатки были найдены в культурном горизонте стоянки Хотык (долина р. Она). Судя по спорово-пыльцевому спектру из отложений культурного горизонта, в долине р. Она имели место степные ландшафты, представленные Ranunculaceae, Convolvulaceae, Poaceae, Asteraceae, Umbelliferae и Scheuchzeriaceae. Наибольшее число остатков принадлежит сурку, лошади, шерстистому носорогу, дзерену – обитателям степных пространств, что предполагает преобладание степных (открытых) ландшафтов в Удинской впадине. На юге этой впадины 20-18 тыс. лет назад обитали Equus sp., Coelodonta antiquitatis, Cervus sp., Spirocerus kiakhtensis, Capra sibirica [10], остатки которых обнаружены в культурном горизонте стоянки Санный мыс (долина р. Уда). Её фауна свидетельствуют о том, что степные ландшафты Удинской впадины постепенно переходили в лесостепи и леса на водоразделах, представленных Курбинским и Худанским хребтами [9]. В Удинской впадине 24-28 тыс. лет назад ядро териофауны долины р. Брянка составляли Equus caballus, Gazella gutturosa, реже встречались Coelodonta antiquitatis, Bison priscus, Ovis ammon, изредка – Mammuthus primigenius, Equus hemionus, Camelus sp., Megaloceros giganteus, Spirocerus kiakhtensis [14]. Судя по преобладанию видов (сурок, лошадь, кулан, шерстистый носорог, гигантский олень, верблюд) в фауне, которые по своей экологии больше тяготели к открытым стациям, поселение Варварина гора находилось на окраине степной зоны, где обитали корсак (Vulpes corsac), заяц-толай (Lepus tolai) и сурок (Marmota sibirica). Основной фон в фауне млекопитающих составляли лошадь, шерстистый носорог и кяхтинский винторог – обитатели открытых пространств, проникавших на безлесные отроги хребта Цаган-Дабан [3].
Хилокскую впадину 34860±2100 лет назад населяли Equus sp., Coelodonta cf. antiquitatis, Rangifer cf. tarandus, остатки которых известны в долине р. Хилок [3, 10]. Из нижней толщи песчано-глинистых отложений эрозионного уступа, где находилось поселение Толбага, выделен спорово-пыльцевой спектр, в котором преобладала пыльца травянистых растений ксеро-мезофитного облика (Poaceae, Primulaceae, Ranunculaceae, Artemisia). Большое количество представителей степных формаций среди сложноцветных (Aster, Artemisia и др.) позволяет говорить о доминировании степных ландшафтов на южных склонах хребта Цаган-Хуртэй. В этой же долине, судя по спорово-пыльцевому спектру из отложений культурного горизонта поселения Куналей, растительный покров 35-25 тыс. лет назад состоял в основном из злаковых, первоцветных, лютиковых, гвоздичных, гречишных, сложноцветных и полыней [9]. В Хилокской впадине, отгороженной с севера хребтом Цаган-Дабан, с юга – Малханским хребтом, обитали лошади, шерстистые носорог, бизоны и сайга.
В Джидинском горном районе Западного Забайкалья в позднем плейстоцене (150-10 тыс. лет назад), судя по многочисленным находкам остатков Equus hemionus, Coelodonta antiquitatis, Camelus knoblochi в бассейне р. Джида [1], в межгорных понижениях и сопряженных с ними горных склонах преобладали степные ландшафты.
Таким образом, в позднем кайнозое, как и в настоящее время, сплошная степная зона на юге Восточной Сибири отсутствовала, имелись только отдельные участки. Степи были расположены на склонах, иногда они выходили на водоразделы, и по днищам долин – областям развития делювиальных и пролювиальных шлейфов, для отложений которых характерна слабая сортированность и карбонатизация. Увеличение в течение плиоцена и плейстоцена на юге Восточной Сибири в териофауне числа видов, экологически приуроченных к открытым пространствам, по всей видимости, свидетельствует о выравнивании рельефа, снижении дренажа и усилении бассейновой эрозии, способствовавших расширению степных ландшафтов.
Работа выполнена при поддержке гранта РФФИ (№ 08-04-90102-Мол-а).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Антощенко-Оленев И.В. Кайнозой Джидинского горного района Забайкалья. – Новосибирск: Наука, 1975. –128 с.
2. Базаров Д.Б. Кайнозой Прибайкалья и Западного Забайкалья. – Новосибирск: Наука, 1986. – 182 с.
3. Базаров Д.Б., Константинов М.В., Иметхенов А.Б. и др. Геология и культура древних поселений Западного Забайкалья. – Новосибирск: Наука, 1982. – 164 с.
4. Жегалло В.И. Гиппарионы Центральной Азии. – М.: Наука, 1978. – 156 с.
5. Калмыков Н.П. О возрасте фаун Итанцинского опорного разреза и местонахождения Усть-Обор // Геология, палеовулканология и рельеф Забайкалья. – Улан-Удэ, БФ СО АН СССР, 1986. – С. 180-191.
6. Калмыков Н.П. Фауна млекопитающих и биостратиграфия плиоцена Забайкалья. – Новосибирск: Наука, 1992. – 97 с.
7. Калмыков Н.П. Природа и древний человек в бассейне оз. Байкал. – Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2002. – 132 с.
8. Калмыков Н.П., Мащенко Е.Н. Таксономический состав мегафауны из Удунги (Западное Забайкалье): новые данные // Териофауна России и сопредельных территорий. – М.: Изд-во научных изданий КМК, 2007. – С. 182.
9. Калмыков Н.П., Шабунова В.В. Млекопитающие степной зоны Западного Забайкалья в палеолите // Степи Северной Евразии. – Оренбург, 2006. – С. 331-333.
10. Константинов М.В. Каменный век восточного региона Байкальской Азии. – Улан-Удэ–Чита, 1994. – 180 с.
11. Лбова Л.В., Резанов И.Н., Калмыков Н.П. и др. Природная среда и человек в неоплейстоцене (Западное Забайкалье и Юго-Восточное Прибайкалье). – Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2003. – 208 с.
12. Логачёв Н.А., Антощенко-Оленев И.В., Базаров Д.Б. и др. Нагорья Прибайкалья и Забайкалья. – М.: Наука, 1974. – 360 с.
13. Равский Э.И. Осадконакопление и климаты Внутренней Азии в антропогене. – М.: Наука, 1972. – 336 с.
14. Germonpre M., Lbova L. Mammalian Remains from the Upper Palaeolithic Site of Kamenka, Buryatia (Siberia) // Journ. of Archaeolog. Sci. 1996. – № 23. – P. 35-57.
15. Kalmykov N.P., Budaev R.Ts., Savinov V.V. Sagan-Nur – New Locality of Biota the Late Pliocene and Neopleistocene in Western Transbaikalia // Doclady Earth Sciences, 2004. – Vol. 339, № 9. – P. 1280-1282.
16. Kalmykov N.P., Malaeva E. M. Continental biota of the Western Transbaikalia Early Pliocene // Doclady Earth Sciences. 1994. –Vol. 339, № 6. – P. 764-767.


Н.П. Калмыков


Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!