АНТРОПОГЕННАЯ ЭВОЛЮЦИЯ СТЕПЕЙ ПРИТЕРСКОГО ПЕСЧАНОГО МАССИВА (ВОСТОЧНОЕ ПРЕДКАВКАЗЬЕ)


1. Притерский песчаный массив возник в раннем голоцене в результате «блуждания» некогда многоводной реки Куры и Терека. Мягкий и влажный атлантический климат, высокий уровень грунтовых вод, многочисленные озера-старицы и протоки способствовали формированию здесь луговых степей с дубравами и борами на лугово-каштановых и дерновых почвах. Сохранившиеся ареалы реликтовых ландшафтов в урочище Киссык подтверждают существование в древнем Притеречье как более влаголюбивой и теплолюбивой растительности (императа цилиндрическая, эриантус Равенны, груша иволистная, виноград лесной, периплека греческая, ломонос и др.), так и прекрасно развитых «каштановых» степей (ковыли перистый и волосатик, тонконог стройный, пырей сибирский, типчак, люцерна голубая, полыни австрийская и Маршалла, молочай Сегиеров, чабрец Маршалла и др.) (Галушко, 1974, 1975).
Наступившая общая аридизация климата, отступление Каспийского моря и понижение уровня грунтовых вод наряду с нарастающим антропогенным воздействием обусловили в конечном счете эволюцию гидроморфных луговых степей в степи «каштановые», засушливые и сухие. Им были характерны малогумусные карбонатные и глубокопрофильные каштановые почвы легкого гранулометрического состава, отдельные ареалы которых сохранились в Притерском песчаном массиве и поныне (Головлёв, Головлёва, Срибный, 1990).
2. Антропогенная эволюция «каштановых» степей Притеречья прослеживается с неолита, когда здесь появились первые скотоводческие племена (скифы, сарматы, аланы, хазары, тюрки). Бессистемный выпас скота вначале приводил к очаговой деградации почвенно-растительного покрова. К периоду средневековья нерациональное ведение скотоводческого хозяйства привело не только к исчезновению растительности, но даже к затуханию общественной жизни (Крупнов, 1956, 1961). Антропогенное воздействие еще более усилилось в XVI – XVII веках в связи с появлением в низовьях Терека первых русских поселений. В начале XVIII века, в связи с переселением гребенских казаков с правого берега Терека на левый и возникновением цепи казачьих станиц, антропогенное давление продолжает возрастать. Предшествовавшее этому стравливание песчаных пастбищ при выпасе ногайцами, калмыками и трухменами овец и верблюдов дополнилось стравливанием пастбищ от развития казачьего коневодства и воздействием на почвы при раскорчевке казаками лесных и закустаренных участков под пашню, виноградники и бахчи. Однако в целом антропогенный прессинг был сравнительно невысоким: к примеру, до 1917 г. нагрузка на гектар песчаных пастбищ составляла 1,2 головы, а в годы Гражданской войны снизилась до 0,4 головы (Гожев, 1930).
3. Расказачивание, раскулачивание и сопутствовавшее им разорение терских станиц и хуторской системы расселения в наурских и червлёнских «бурунах» в 1920-30-е гг. привели к еще большему ослаблению антропогенной нагрузки. «Каштановые» степи постепенно зарастают; восстанавливается их прежний, естественный ландшафтный облик. Процесс самозарастания степей был прерван в начале 1950-х гг. в связи с широкомасштабным сельскохозяйственным освоением Терско-Кумской низменности. Для нужд животноводческих и виноградарских хозяйств прокладываются обводнительно-оросительные каналы, устраиваются артезианские колодцы и искусственные водоемы, строятся дороги и ЛЭП. После 1957 г. в левобережные затеречные станицы и хутора по решению местных советских властей вселяются первые контингенты чеченского населения. Появление в бурунных степях горского чеченского населения, не имевшего глубоких навыков ведения сельского хозяйства в условиях аридной зоны, еще более усугубило экологическую обстановку. К середине 1970-х гг. овцеводческая перегрузка пастбищ (в значительной степени из-за бесконтрольного выпаса частных отар, принадлежавших в основном чеченцам и ногайцам) достигает троекратного превышения нормы. Закономерным результатом этого, в частности, является то, что в 1974 г. свыше 500 га разбитых песков с территории овцесовхоза «Терский» Наурского района ЧИАССР было поднято в воздух и перенесено апрельскими ветрами в Ставропольский край (Лалыменко, 1975). Несоблюдение пастбище- и сенокосооборотов, распашка задернованных песчаных и супесчаных массивов под пашню и бахчи, бессистемное движение транспорта и сельхозтехники, слабая охрана лесных полос, недостаточные объемы лесомелиоративных работ, привели в конечном итоге к усилению деградации степей и их опустыниванию. В начале 1990-х гг. заметно возросло население казачьих станиц и хуторов за счет подселения в них чеченцев-горцев, покинувших родные горы по причине катастрофических оползней. Нагрузка на бурунные пастбища увеличилась в 6 раз; до 70% их площади ныне разбито и подвержено дефляции. Большая часть песчаного массива лишена почвенного покрова. Резко изменился и ботанический состав кормовых угодий – значительная часть пастбищ поросла зоохорными сорняками (дурнишники калифорнийский и колючий, рогоплодник песчаный и др.). Практически полностью истреблены последние дубравы и боры, можжевеловые заросли.
4. Провозглашенная в 1991 г. независимость Чечни «вывела» Притерский песчаный массив, населенный уже чеченцами-горцами, за пределы контроля российских властей. Бесконтрольность и нерациональность хозяйственного использования пастбищных угодий из-за этого многократно возросла. Теперь здесь господствуют антропогенные процессы, ведущие к ускоренной эволюции «каштановых» степей в направлении аридного опустынивания.

Н.М. Головлёва, А.А. Головлёв


Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!