СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ СТЕПЕВЕДЕНИЯ

 

А.А. Чибилёв

Институт степи УрО РАН 460000 Оренбург, улица Пионерская, 11, Россия

 

Известно, что так называемый «степной вопрос», возник в России в конце XIX века, был сформулирован В.В. Докучаевым и развит его учениками. Суть «степного вопроса» сводится к тому, что из-за чрезмерной антропогенной нагрузки на ландшафты резко снизился природно-ресурсный потенциал степной зоны, коренным образом изменилось ее природное разнообразие, возникли локальные и региональные очаги экологического бедствия. Первой отечественной монографией по степеведению по праву может считаться книга В.В. Докучаева «Наши степи прежде и теперь» (1892), которая в свою очередь была ответом на упреки, высказанные русской науке в книге крупного российского чиновника А.С. Ермолова «Неурожай и народное бедствие» (1892). Вся последующая история взаимоотношений между степной наукой, развиваемой отечественными естествоиспытателями и практикой степного природопользования, определяемой политическим руководством страны, подтвердили слова Докучаева о том, что «никакое естествознание, никакое самое детальнейшее исследование России ... не улучшат нашей сельскохозяйственной промышленности, не пособят нашим хозяйствам, если сами землевладельцы... будут понимать свои выгоды, а равно права и обязанности к земле неправильно...» (1892).

Минувший XX век сделал степную зону Евразии самым пострадавшим ландшафтом планеты. Современная ландшафтно-экологическая структура земельного фонда различных регионов стран бывшего СССР свидетельствует о практически полной замене естественных экосистем антропогенными агроэкосистемами с совершенно новой производной биотой. Особенно отчетливо высокую степень антропогенной трансформации: ландшафтов степи показывает сравнение структуры земельных угодий по природным зонам России. В этих условиях главнейшей проблемой современного степеведения является выделение и сохранение зональных степных ландшафтов и экосистем. О близкой перспективе утраты эталонов степи писали В.В. Докучаев (1892), И.П. Бородин, В.И. Талиев и другие.

На Украине, в Молдавии, на юге Европейской России мы утратили последние эталоны первозданных фоновых степей еще в конце XIX века. Ответом на эту трагедию было создание Каменной Степи в Воронежской губернии, Аскания-Нова на юге Украины, других степных стационаров.

К востоку от Волги мы утратили зональные степи в 50-60-е годы XX столетия. В 70-80-е годы на все пространстве степной зоны между Волгой и Иртышем уже не сохранилось ни одного участка площадью более 5000 гектаров с зональными почвами. Можно утверждать, что многие разновидности плакорных степей исчезли с лица земли неизученными. Не желая признавать такого поражения, степеведы с удивительным упорством стали разыскивать затерявшиеся среди полей клочки девственной степи и не без успеха.

Своеобразный степной заповедник - национальный парк Хартыбань создан в Венгрии.

Даже в староосвоенной густонаселенной Молдавии выявлены степные участки, представляющие собой западные варианты евразийских степей, обогащенные паннонскими и средиземноморскими элементами. Это Бельцская, Буджакская, Чумайская степи.

С особым вниманием к последним окраинам былинных степей всегда относились на Украине, где уже давно создан широтно-зональный ряд степных участков от лугово-разнотравной Михайловской целины до типчаково-ковыльных степей Причерноморья. А в последние годы выявлены новые степные участки на бывших военных полигонах Северного Крыма, в Днепропетровской, Харьковской, Донецкой областях.

На юге Европейской России наиболее интенсивно выявлялись степные участки в Воронежской и Ростовской областях. В Поволжье выявлены практически все зонально-степные участки в Саратовской и Самарской областях.

В Оренбургской области за последние два десятилетия выявлены и описаны 44 степных плакорных участка общей площадью 95,0 тыс. га.

На юге Челябинской области кроме ландшафтно-археологического заповедника Аркаим, большой интерес представляет Ерлыгазская степь. Ведется поиск уцелевших степных участков на юге Сибири вплоть до Даурии.

Менее активно ведется поиск степных эталонов в Северном и Восточном Казахстане, но здесь в последние годы открываются хорошие перспективы для возрождения степного ландшафта в связи с резким сокращением распахиваемых земель.

В связи с созданием целой сети степных заповедников особую остроту приобретает дальнейшая оптимизация их режимов. Добиваясь цели, чтобы степные заповедники выполняли функции сохранения биологического и ландшафтного разнообразия степной зоны, в большинстве случаев необходимо:

- реализовать возможности расширения участков степных заповедников за счет смежных территорий, главным образом, за счет буферной зоны. При этом нужно иметь в виду, что в настоящее время именно в охранной зоне степных заповедников при условии сохранения умеренного выпаса сложились оптимальные условия для зональных степей биологического разнообразия;

- трансформировать степные заповедники в единый экологический каркас территорий, т.е. осуществить тезис Пан-европейской стратегии живой природы «От островов к сетям». На практике это означает, что заповедные острова в степи не должны держать оборону от окружающих ландшафтов, а гармонично вписываться в них;

- организовать мониторинг степных эталонов за пределами заповедников. Известно, что за последние 10 лет на многих степных пастбищных участках и старых залежах сложился очень благоприятный для сохранения ландшафтного и биологического разнообразия режим, который, к сожалению, невозможен в существующих госзаповедниках. Наша задача - закрепить эти участки в системе ООПТ степной зоны и, осуществляя мягкое управление этими уникальными экосистемами, не дать им погибнуть при новых поворотах нашей экономической политики в степном земледелии;

- превратить степные заповедные участки и другие степные эталоны в форпосты противостояния процессам опустынивания. Это означает, что последние участки степи нужно сохранить не только от распашки, но и от систематических пожаров. Пресловутое стихийное и направленное выжигание войлока для обновления травостоя в типичной и южной степи - это путь радикального обеднения биоразнсобразия;

- возвратить на заповедные степные стационары и степные эталоны коренных обитателей степи, особенно копытных животных. Один из вариантов решения этой проблемы ~ возрождение табунного коневодства с производством кумыса и оздоровлением населения через степное кумысолечение. Возможно, что экономически рентабельные конные заводы вновь, как и в Х1Х-начале XX века, будут способствовать сохранению эталонных участков степи;

- создание приграничных степных заповедников с учетом использования «эффекта повышенного биологического и ландгиафтного разнообразия приграничных территорий и развития международного сотрудничества по сохранению степей».

Еще одна важная проблема современного степеведения связана с дальнейшим развитием и, возможно, пересмотром устоявшихся представлений о границах степного типа ландшафта и степного типа растительности. Наши экспедиции по меридиальным трансектам от лесостепи к пустыне в Казахстане и на юго-востоке Европейской России убеждают нас, что исследователи XVHI-XIX веков были правы, называя обширные пространства северо-западного и северного Прикаспия, Центрального Казахстана степями. К тому же давно существуют значительные расхождения в проведении границ между степями и пустынями.

Говоря о природном наследии степей, нельзя забывать, что наши степи - родовое наследие степных народов. Любой участок степи имеет огромную историко-культурную ценность.

«...Полоска целины с серебрящимся ковылем, одиноко стоящий курган на степи, серый валун, лежащий в поле, говорят нам о потоке жизни, окружающем нас, о прошлых веках и тысячелетиях, из глубины которых сложился настоящий мир», - писал еще в начале века известный ботаник В.И. Талиев.

Степные равнины с их многочисленными курганами, городищами, рудниками хранят в себе огромные археологические ценности.

Еще одна проблема современного степеведения связана с охраной степных экосистем на военных полигонах. За последние годы стало достоянием научной и экологической общественности то, что самые крупные участки малоизмененной степной природы с ее типичными обитателями сохранились именно на военных полигонах. Такие данные имеются по Венгрии, Украине (в т.ч. Крыму), Волгоградской, Саратовской, Оренбургской областям России, по Казахстану. Благодаря активной деятельности наших коллег военные экологи вплотную подошли к сотрудничеству с учеными и представителями власти по вопросу придания ряду военных полигонов статуса ООПТ разного ранга. В Оренбургской области в пределах стрельбового поля на площади 121 тысяча гектаров выделено более 20 памятников природы и 4 степных эталонных участка и подготовлен проект Соглашения между администрацией области и командованием воинской части. Мы не исключаем, что степные заповедники XXI века могут быть созданы в том числе и на нынешних военных полигонах.

Еще одна интересная и важная проблема степеведения на рубеже XX и XXI веков связана с современным этапом эволюции степей, которую характеризуют два разнонаправленных процесса:

-антропогенное опустынивание, вызванное перевыпасом скота, чрезмерной распашкой и техногенным прессом, с одной стороны, и

- резкое снижение пастбищной нагрузки, появление больших площадей залежных экосистем, наблюдающиеся в последнее десятилетие XX века, с другой стороны.

На вопрос, как взаимодействуют эти два процесса на современном этапе эволюции степей, убедительного ответа пока нет.

Следующая важная проблема современного степеведения связана с перспективами экологической реставрации нарушенных степных экосистем (Тишков, 1999; 2000). Очень важно, что в последнее время уже не ставится вопрос о «принудительной» мелиорации, в том числе, агролесомелиорации аридных и семиаридных территорий. В принципе, естественный облик степных ландшафтов настолько эстетически совершенен, а природно-ресурсный потенциал настолько экономически целесообразен, что степь, как природный комплекс, не нуждается в улучшении. Другое дело, так называемые, испорченные человеком ландшафты, сведенные островные леса, деградированная пашня, техногенные пустыри и «бедленды». И, безусловно, нуждаются в ландшафтном обустройстве селитебные и приселитебные территории. Здесь целесообразно проводить ландшафтно-конструктивное облесение и обводнение оазисного типа.

Широкий круг вопросов современного степеведения был обсужден на Втором международном симпозиуме «Степи Северной Евразии» в июне 2000 года в городе Оренбурге. Основным итогом симпозиума явилось осознание научным сообществом стран СНГ того, что, несмотря на разделение Евразийской степи на четыре государственных образования (Молдова, Украина, Россия, Казахстан), она остается единым геоэкологическим образованием. Эта общность прослеживается и на территории Венгрии, Монголии, Северного Китая.

С целью дальнейшего развития степеведческой науки Симпозиум принял резолюцию, в которой изложен План Действий на ближайшие три года, в том числе предусмотрено:

- сохранить трехгодичный цикл проведения международных симпозиумов на базе Института степи УрО РАН;

- утвердить печатный орган степных Симпозиумов - научный журнал «Вопросы степеведения»;

- издать к 2003 году справочник «Степеведы Евразии».

Таким образом, Степной симпозиум 2000 года в городе Оренбурге стал важной вехой в становлении степеведения и формировании на базе Института степи УрО РАН Международного информационного центра по ландшафтному и биологическому разнообразию степей Северной Евразии.


Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!