УДК 502.3 (502.4)

DOI: 10.2441/9999-006А-2019-11559

 

Первые региональные проекты создания заповедников кластерного типа в Европейской России

Е.А. Щербакова, А.А. Чибилёв

Институт степи УрО РАН

Россия, Оренбург

e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Рассматривается опыт развития региональных сетей преимущественно степных ООПТ в пределах Средне-Волжского края и Центрально-Черноземной области в десятые-тридцатые годы 20 в. Уникальный опыт видных деятелей природоохранительного движения России В.В. Алёхина (1882-1946) и И.И. Спрыгина (1873-1942) способствовал становлению и развитию заповедного дела в стране и заложил основы проектирования природных заповедников кластерного типа.

Ключевые слова: В.В. Алёхин, И.И. Спрыгин, заповедник кластерного типа, эталонные участки степей, Природоохранительная комиссия РГО.

 

FIRST REGIONAL PROJECTS OF CREATING CLUSTER TYPE RESERVES

IN EUROPEAN RUSSIA

E.A. Shcherbakova, A.A. Chibilev

Institute of Steppe of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Russia, Orenburg

e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

The article considers the experience to develop regional networks of predominantly steppe protected areas in the Middle Volga region and the Central Black Earth region in the tenth and thirties years in the 20th century. The unique experience by prominent figures of the Russian environmental movement V.V. Alekhin (1882-1946) and I.I. Sprygin (1873-1942) contributed to the formation and development of nature conservation in the country and laid the foundations for designing cluster-type nature reserves.

Key words: V.V. Alekhin, I.I. Sprygin, cluster type reserve, etalon areas of the steppes, Environmental Protection Commission of the Russian Geographical Society.

 

Первые региональные проекты создания заповедных участков были инициированы рекомендациями Постоянной Природоохранительной Комиссии Императорского Русского географического общества, созданной в 1912 г., которые обобщил в своем докладе И.П. Бородин (1914). Предложения Комиссии о выделении заповедных участков была поддержана во многих губерниях России. В 1912 г. в Комиссию поступает предложение от председателя Пензенского общества любителей естествознания И.И. Спрыгина об организации 4-х степных заповедных участков. Подвижническая природоохранительная деятельность Спрыгина поражает. Несмотря на события, связанные с революциями и Гражданской войной, он добивается создания в 1919 г. заповедника «Попереченская степь». В 1925 г. он становится директором-организатором Пензенского заповедника, в который кроме степного участка входят участки «Сосновый бор» и «Сфагновое болото». Меняется административное устройство региона. В 1925 г. появляется обширнейший Средне-Волжский край с центром в г. Самара (Куйбышев), и в 1926 г. Спрыгин возглавляет экспедицию в район «Самарской Луки», которая завершается в 1927 г. организацией Средне-Волжского заповедника, центром которого становятся знаменитые Жигули. В 1930 г. заповедник включает 11 участков. И.И. Спрыгин организует масштабные экспедиции по всему Средне-Волжскому краю от Приволжской возвышенности до Тургайского плато. В результате был подготовлен беспрецедентный региональный проект Средне-Волжского заповедника, включающего 41 участок на территории современных Пензенской, Самарской, Ульяновской, Оренбургской областей.

В 1934 г. Средне-Волжский край распадается на ряд областей: Оренбургскую, Пензенскую, Куйбышевскую. В Оренбургской области создать степные заповедники не удалось. Но в 1932 г. было принято решение об организации заповедника в Бузулукском бору, который был ликвидирован в 1948 г. и возродился как национальный парк только в 2007 г. В Пензенской области после ликвидаций и реорганизаций с 1989 г. существует заповедник «Приволжская лесостепь». А в Самарской области в 2017 г. отмечает свое 90-летие Жигулевский заповедник, которому в 1977 г. было присвоено имя И.И. Спрыгина. Остается только сожалеть, что проект учёного по организации уникального сетевого заповедника не был реализован в начале 30-х годов прошлого века и многие уголки нетронутой природы Средне-Волжского края были утрачены.

Огромный вклад в изучение степей Европейской России и развитие заповедного дела внёс В.В. Алёхин (1882–1946). Начиная с первых лет обучения в Московском университете, он всецело посвятил себя обследованию последних островов целинных центрально-чернозёмных областей. В 1907 г. он открывает для науки Стрельцовскую степь под Курском, а в 1909 г. – Казацкую степь в Курском уезде.

В 1931 г. учёный публикует работу «Русские степи и методы исследования их растительного покрова», которую можно считать первой монографией о степях России [1]. Свою монографию Алёхин начинает с описания методики изучения степей Ф. Тетцманна [2], которая была впервые применена в южнорусских степях в июле 1837 г. в имении герцога Ангальт-Кётенского (будущей Аскании-Нове). В 1898 г. степи Аскании-Новы стали первым частным заповедником России, а в 1935 г. эталонные участки луговых степей, открытые В.В. Алёхиным, составили основу Центрально-Чернозёмного заповедника.

Постановление о создании «Центрально-Чернозёмного степного заповедника» размером до 10 тыс. га было принято Совнаркомом РФФСР в 1930 г. В 1933 г. В.В. Алёхин возглавил особую экспедицию для выделения нескольких наиболее крупных степных участков для будущего заповедника.

Уместно привести выдержки из главы «Заповедники и их значение» в монографии Алёхина «Центрально-чернозёмные степи» [3]. Написана эта глава (по сути, обоснование организации нового заповедника после ликвидации Степного института в Аскании-Нове) после I Всероссийского съезда по охране природы и ареста В.В. Станчинского вместе с его сподвижниками. В.В. Алёхин вынужден был учитывать опыт своих коллег и выполнять директивные указания съезда. Создавая новые заповедные участки, В.В. Алёхин приложил немало усилий, чтобы защитить их от ликвидации, если они не будут «служить задачам социалистического строительства». Приведем ряд его высказываний.

«Нельзя не сказать о значении заповедников вообще и о значении организуемого нашего степного заповедника, в частности. В прежнее время основной целью заповедников было сохранение остатков первобытной природы на вечные времена и их изучение: эти участки были изъяты из какого-либо хозяйственного использования и охранялись как особые природные музеи. В настоящее время заповедники хотя и исключены из прямого хозяйственного оборота, но по существу непосредственно служат задачам социалистического строительства, решая вопросы производственного характера, что связано также и с планомерной сетью самих заповедников. Заповедники имеют своей целью не только охранять те или иные растительные типы, редких животных и растения, но и обогащать истощённую природу ценными для хозяйственных целей породами животных и растений (сюда относятся вопросы акклиматизации и др.). В задачи заповедников входит всестороннее изучение самих заповедных участков, причём изучение их и сопоставление с окружающими пространствами, находящимися с давних пор в хозяйственном использовании, даёт целый ряд научных указаний для восстановления на эксплуатируемых участках их природных богатств» [3; Цит. по: 4, с. 146-147].

«Изучение степей в заповедниках даст ответы на важнейшие теоретические вопросы, связанные со «степной» проблемой. Многие вопросы, связанные с безлесьем степей, например, и до сих пор возбуждают споры, и естественно, что только в заповедниках, при длительных стационарных наблюдениях мы сможем разрешить их окончательно. Заповедники имеют огромное значение и потому, что здесь создаются условия, при которых возможны длительные наблюдения, которые во многих случаях только и могут дать необходимые и достаточные материалы. При этом, конечно, уже нужно думать о создании в заповедниках биологических научных станций, ведущих непрерывную научную работу и связанных в своей работе с окружающими производственными учреждениями и опытными станциями» [4, с.148-149].

Не будем подробно комментировать эти цитаты. Они были написаны после того, когда уже ушли из жизни классики отечественного заповедного дела И.П. Бородин, Г.А. Кожевников, В.И. Талиев, отошли от активной деятельности из-за болезни В.П. и А.П. Семёновы-Тян-Шанские. Пришли другие времена, и принципы экологического подхода к охране природы были в нашей стране преданы забвению на несколько десятилетий [5; 6]. Однако и сегодня задачи степных заповедников, поставленные В.В. Алёхиным, остаются актуальными. Но решить их будет невозможно, если мы не сохраним в «полной неприкосновенности и на вечные времена» образцы первозданного степного разнообразия.

Несмотря на то, что идея создания заповедных эталонов дикой природы родилась [7] и впервые была реализована в степях, развитие сети государственных особо охраняемых территорий в зоне интенсивного земледелия до конца 20 в. проходило очень сложно. Мало того, активизация распашки целинных земель в 1930-е и 1950-е гг. привела к утрате как существующих, так и перспективных степных заповедников. Недолго просуществовал заповедник в Хреновской луговой степи в Воронежской области площадью около 1 тыс. га. В 1951 г. утратили статус заповедника Попереченская и Кунчеровская степи в Пензенской области. Уже в середине 1950-х гг. были отторгнуты и распаханы степные территории Наурзумского и Кургальджинского заповедников в Северном Казахстане. В большей степени уцелели миниатюрные степные заповедники на Украине. Через 63 года после того, как благодаря В.В. Докучаеву из «степного вопроса» родилось классическое представление о заповедном деле и заповедниках как эталонах природы, один из разработчиков перспективного плана географической сети заповедников СССР Е.М. Лавренко писал: «С горечью нужно признать, что завет В.В. Докучаева об организации ряда заповедников в степной зоне не выполнен: ни в донских, ни в поволжских, ни в приуральских, ни в кубанских, ни в казахстанских степях в настоящее время нет ни одного заповедника, а на Украине остались лишь мелкие клочки заповедных целинных степей» [8, с. 597].

В 1989 г. авторы новой многотомной серии о заповедниках СССР писали: «Организацию крупного «единого» степного заповедника следует, видимо, признать нереальной. Возможность создания степных заповедников традиционного отечественного образа, к сожалению, безвозвратно утрачена» [9, с. 297]. Но именно в 1989 г. вновь стали заповедными Попереченская и Кунчеровская степи в Пензенской области, был создан первый настоящий степной заповедник России «Оренбургский» площадью более 22 тыс. га. За два года до этого появился озёрно-степной заповедник Даурский, а в 1995 г. образован степной заповедник Ростовский, который был создан, по сути дела, вместо Донского степного заповедника, проект которого возник ещё в начале 20 в.

Статья подготовлена в рамках проекта РНФ № 17-17-01091 «Стратегия пространственного развития степных и постцелинных регионов Европейской России на основе каркасного территориального планирования и развития непрерывных экологических сетей».

 

Литература

  1. Алёхин В.В. Русские степи и методы исследования их растительного покрова // Бюл. МОИП. Отд. биол. – 1931. – Т. 40, вып 3–4. – С. 285–374.
  2. Teetzmann F. Über die südrussische Steppen und über die darin im Taurischen Gouvernement gelegenen Besitzungen des Herzogs von Anhalt-Köthen. Beiträge zur Kenntnis des Russischen Reiches. Bd. II, St. Petersburg, 1845.
  3. Алёхин В.В. Центрально-чернозёмные степи. – Воронеж: Коммуна, 1934. – 96 с.
  4. Алёхин В.В. Теоретические проблемы фитоценологии и степеведения. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1986. – 216 с.
  5. Реймерс Н.Ф., Штильмарк Ф.Р. Особо охраняемые природные территории. – М.: Мысль, 1978. – 296 с.
  6. Вайнер (Уинер) Д. Экология в Советской России. Архипелаг свободы: заповедники и охрана природы / пер. с англ.; послесловие и ред. Ф.Р. Штильмарка. – М.: Прогресс, 1991. – 400 с.
  7. Докучаев В.В. Труды экспедиции, снаряжённой Лесным департаментом под руководством проф. Докучаева. – СПб., 1895. – 217 с.
  8. Лавренко Е.М. Степи и сельскохозяйственные земли на месте степей // Растительный покров СССР: пояснительный текст к Геоботанической карте СССР, М 1:4 000 000. – Т. 2. – М.; Л., 1956. – С. 595–730.
  9. Соколов В.Е., Сыроечковский Е.Е., Штильмарк Ф.Р. Перспективы развития географической сети заповедников юга Европейской части РСФСР // Заповедники Европейской части РСФСР. – М.: Мысль, 1989. – Ч. II. – С. 293-298.

Literatura

  1. Alyohin V.V. Russkie stepi i metody issledovaniya ih rastitel'nogo pokrova // Byul. MOIP. Otd. biol. – 1931. – T. 40, vyp 3–4. – S. 285–374.
  2. Teetzmann F. Über die südrussische Steppen und über die darin im Taurischen Gouvernement gelegenen Besitzungen des Herzogs von Anhalt-Köthen. Beiträge zur Kenntnis des Russischen Reiches. Bd. II, St. Petersburg, 1845.
  3. Alyohin V.V. Central'no-chernozyomnye stepi. – Voronezh: Kommuna, 1934. – 96 s.
  4. Alyohin V.V. Teoreticheskie problemy fitocenologii i stepevedeniya. – M.: Izd-vo Mosk. un-ta, 1986. – 216 s.
  5. Rejmers N.F., SHtil'mark F.R. Osobo ohranyaemye prirodnye territorii. – M.: Mysl', 1978. – 296 s.
  6. Vajner (Uiner) D. EHkologiya v Sovetskoj Rossii. Arhipelag svobody: zapovedniki i ohrana prirody / per. s angl.; posleslovie i red. F.R. SHtil'marka. – M.: Progress, 1991. – 400 s.
  7. Dokuchaev V.V. Trudy ehkspedicii, snaryazhyonnoj Lesnym departamentom pod rukovodstvom prof. Dokuchaeva. – SPb., 1895. – 217 s.
  8. Lavrenko E.M. Stepi i sel'skohozyajstvennye zemli na meste stepej // Rastitel'nyj pokrov SSSR: poyasnitel'nyj tekst k Geobotanicheskoj karte SSSR, M 1:4 000 000. – T. 2. – M.; L., 1956. – S. 595–730.
  9. Sokolov V.E., Syroechkovskij E.E., SHtil'mark F.R. Perspektivy razvitiya geograficheskoj seti zapovednikov yuga Evropejskoj chasti RSFSR // Zapovedniki Evropejskoj chasti RSFSR. – M.: Mysl', 1989. – CH. II. – S. 293-298.

 

Щербакова Евгения Александровна, Институт степи УрО РАН, 460000, г. Оренбург, ул. Пионерская, 11.

Чибилёв Александр Александрович, академик РАН, научный руководитель Института степи УрО РАН, 460000, г. Оренбург, ул. Пионерская, 11.


Для того чтобы оставить комментарий вы должны авторизоваться на сайте! Вы также можете воспользоваться своим аккаунтом вКонтакте для входа!