Печать
Категория: Проблемы землепользования и пространственного развития степных регионов
Просмотров: 87

2.6. Региональная динамика социально-демографических и миграционных процессов вследствие освоения целинных земель в Оренбургской области 

«…Ехать в степь далёкую и наш черёд пришёл.
Едем мы, друзья, в дальние края,
Станем новосёлами и ты и я.»
Э. Иодковский

Освоение новых сельскохозяйственных земель всегда тесно связано с динамикой расселения, изменением плотности и этнического состава сельского населения[1]. Весьма показательным является показатель территориального распределения плотности сельского населения, поскольку им определяется как степень товарности аграрного производства, так и степень его диверсификации.

В доцелинный период в современных границах Оренбургской области выделялись три зоны расселения, заметно отличавшиеся как по плотности селян, так и по типу ведения сельского хозяйства:

1) область крестьянского расселения;

2) казачьи земли;

3) территории с казахским и редким переселенческим населением. Наиболее высокой была плотность сельского населения в районах западной и северо-западной части региона – 20-30 чел. на км2. Несколько меньше (10-20 чел. на км2) была плотность селян в районах центральной части области и на юге, на территориях бывшего расселения населения Оренбургского казачьего войска. Третью группу образовывали территории восточного Оренбуржья с наиболее низкой плотностью сельского расселения 1-2 чел на км2. – нынешние Беляевский, Новоорский, Кваркенский, Домбаровский районы, а также Адамовский, Светленский и Ясненский районы, с плотностью населения менее 1 чел на км2. Сюда входили районы в основном с казахским населением и преобладанием экстенсивного мясного скотоводства[2].

Структура сельского расселения области в 50-60-ые гг. претерпела определённые изменения, что явилось следствием масштабного освоения целинных земель. Процессы урбанизации и социальная демократизация деревни, способствовали перетоку сельских жителей в города, что сократило численность населения пасторали на западе и в центральной части региона. В тоже время приток переселенцев-первоцелинников и образование новых поселений – совхозов, увеличили в 2-3 раза плотность сельского населения на востоке и юге области[3].

Миграционные процессы являются одной из главных причин роста или снижения численности населения целинных районов области. По статистическим данным и фондовым материалам областного архива, население целинных районов в 1959г. по сравнению с 1950г. увеличилось на 62 тыс. чел (более чем на 50%). В то же время, в сравнении сельское население области сократилось на 46,6 тыс. чел. или на 47%.  В разрезе районов население, Адамовского района увеличилось – в 2,7 раза, Светлинского – в 15,5 раз. Весь прирост произошёл за счет переселенцев, приехавших на освоение оренбургской целины.

С 1959 года приток населения в целинные районы уменьшается, и дальнейший рост его численности обеспечивается за счет естественного прироста благодаря очень высокой доле молодых (фертильных) возрастов в структуре переселенцев. Также естественный прирост населения поддерживался за счет семейных традиций многодетности казахского населения.

В среднем за период 1960-1965 гг. коэффициент естественного прироста составил 38 чел. на 1 тыс. населения, в том числе в сельской местности – 34 чел. на 1 тыс. жителей. В то время как в среднем по области этот показатель составлял 15 чел на 1 тыс. населения, а без учета целинных районов всего 10 чел. на 1 тыс. сельского населения. Доля естественного прироста целинных районов составила 36% от областного значения по сельской местности, тогда как удельный вес населения целинных районов в общей численности составлял 13% всего сельского населения области.

Максимального значения численность населения в целинных районах достигла в 1960-1965 гг., о котором можно говорить как о периоде локального внутреннего демографического взрыва в восточной части Оренбургской области. Наибольшая его величина в 1966г. составила 245 тыс. чел. (в том числе в сельской местности – 177,5 тыс. чел). Прирост за 1960-1965 гг. составил 60 тыс. чел. или 32,4% (в т.ч. по сельской местности 30,5 тыс. чел – 20,7%). Анализ данных показателей, а также естественного движения населения свидетельствует о начавшемся в середине 60-ых годов оттоке населения из сельской местности целинных районов в районные центры и другие регионы. Высокий абсолютный естественный прирост составил за 1960-1965 гг. – 33 тыс. чел, который перекрыл последствия оттока населения из сельской местности (2,5 тыс. чел), составляющий разницу (миграционную убыль) между приезжающими и уезжающими в пользу последних.

За период с 1950г. по 1966г. сельское население целинных районов увеличилось на 77 тыс. чел (на 77%), а в среднем по области на 63% (6,4%) исключительно за счет доли районов целины. Без их учета в других районах области наблюдался в этот период миграционный отток, проявившийся в уменьшении сельского населения на 14 тыс. чел (1,6 %). С 1967 года население целинных районов начинает неуклонно уменьшаться исключительно за счет миграционной убыли. Естественный прирост в период 1967-1970 гг. остается относительно высоким (17 чел на 1000 жителей), но уже не перекрывает набравший высокие темпы миграционный отток из целинных районов области. В 1979 году сельское население целинных районов меньше чем в 1959 году на 3 тыс. чел., а по сравнению с 1966 годом на 33,3 тыс. чел. (19%), в сельской местности.  По данным переписи 1989 года население целинных районов продолжало снижаться. Его численность по сравнению с 1966 года уменьшилась на 42,7 тыс. чел  (24,1%).

В результате анализа показателей динамики численности населения целинных районов в сравнении с общеобластными данными отмечаются следующие особенности:

- резкое увеличение численности населения целинных районов за период 1955-65 гг. в связи с притоком переселенцев на освоение целины и высоким естественным приростом в 1959-1965 гг., что выделяет целинный регион на фоне среднеобластных показателей;

- снижение численности жителей целинных районов с 1965 г. в связи с оттоком населения. Относительные показатели данной тенденции в целом совпадают со среднеобластными.

Вследствие этого на первый взгляд может показаться, что процессы миграционного оттока населения из целинных районов ни чем не выделяются на фоне общей для Оренбургской области тенденции снижения сельского населения и, таким образом, освоение целинных земель не служит причиной каких-либо социальных последствий. Совершенно иные тенденции обнаруживаются при рассмотрении показателей региональных особенностей миграции – сальдо переселений (сальдо миграции), который  определяет разницу между численностью лиц, прибывших в сельский регион и выбывших из него за определенный период времени.

Анализ статистических данных динамики численности населения, естественного прироста и механического движения населения (миграции населения в сельской местности) в разрезе районов с 1965 по 1995 гг. и соответствующие расчеты показывают, что отрицательное среднегодовое сальдо миграции сельского населения является наибольшим именно для целинных районов по сравнению со среднеобластными показателями.

Близость же показателей динамики (снижения) численности сельского населения в целинных районах и в целом по области определяется более высоким естественным приростом среди жителей целинного региона, связанным с возрастной структурой населения. Высокий естественный прирост компенсировал высокую миграционную убыль. Наиболее высокий естественный прирост наблюдался за период 1960-1965 гг., который превышал среднеобластной уровень в 2,3 раза. За 1966-1980 гг. это превышение составляло -  1,9 раз, за 1981-1995 гг. – в 1,4 раза.

За период с 1965 по 1990 гг. отрицательные показатели сальдо миграции по целинным районам превышали среднеобластные. Наиболее интенсивно отток из целинных районов происходил в период 1965-1969 гг. – 42 чел на 1000 жителей и превысил среднеобластной уровень на 75% (18 чел на 1000 жителей). Близкие показатели миграционного оттока были лишь за период 1970-1974 гг. Превышение по целинным районам было наивысшим – на 1-го чел/1000 жителей главным образом за счет оттока сельского населения центральных и западных районов области  в связи с развитием Оренбургского газового комплекса, крупнейших автогигантов в Татарстане и Самарской области. За остальные периоды с 1975 по 1990 гг. отрицательное сальдо миграций целинных районов превысило среднеобластной уровень на 5-6 чел/1000 жит. (30-35%). В связи с этим близость показателей динамики снижения численности сельского населения целинных районов и в целом по области определяется более высоким естественным приростом населения в целинных регионах в связи с возрастной структурой населения.

Наибольший рост выезжающих из целинных районов по сравнению со среднеобластными показателями отмечается также за период 1965-1969 гг. (33 чел/1000 жит). В последующие  годы степень реэмиграции несколько понизилась, но продолжает немного превышать среднеобластные показатели. За 1970-1974 гг. уровень реэмиграции из целинных районов выше на 8 чел/1000 жит, а за период 1975-1990 гг. – в среднем на 13-15 чел./1000 жит выше по сравнению со среднеобластными значениями этого показателя. Только после 1990 года. количество эмигрантов из целинного региона не намного превышает (на 3 чел/1000 жит) среднеобластной уровень, что связано с резким увеличением миграционного притока из Казахстана вследствие распада СССР и приграничным положением целинных районов.

Следует отметить, что значения среднеобластных показателей без учета известной доли целинных районов будут еще меньше, что еще в большей степени усиливает контраст. Например, миграционная убыль за 1965-1969 гг. из целинных районов будет больше на 23 чел/1000 жит, т.е. вдвое больше оттока из других районов области. За период 1975-1990 гг. соответственно на 8-9 чел/1000 жит, т.е. на 50% больше, чем в среднем по области без учета целинных районов.

Уровень реэмиграции за период 1965-1969 гг. на 42 чел/1000 жит. больше, за 1975-1990 гг. на 18 чел/1000 жит. больше, чем в среднем по области без учета целинных районов.

По данным абсолютных показателей реэмиграции сельского населения из целинных районов за период с 1965 по 1995 гг. выехало 268 тыс. жителей. Наиболее интенсивный поток иммигрантов проходил в периоды с 1965 по 1970 гг. – 13,6 тыс. чел и в 1985-1990 гг. – 8,7 тыс. чел в среднем за год. Это количество сельских жителей, выехавших из целинных районов, более чем в 4 раза превышает численность «покорителей целины», переселившихся в регион с 1954 по 1960 гг., что позволяет сделать вывод об обратной миграции практически всех первоцелинников и членов их семей.

Для доказательства данного тезиса, а также определения социальных последствий освоения целины с учетом национального фактора, предлагается анализ миграций в связи с этнической спецификой населения целинных районов.

По статистическим данным 1950 года. доля казахского населения («аборигены целины») составляла около 35% населения будущих целинных районов. Свыше 80 населенных пунктов являлись аулами с исключительно казахским населением. Основными переселенцами в 1954-59 гг. были русские в меньшей степени украинцы и совсем незначительную долю составляли представители других народов (татары, белорусы, мордва, немцы и т.д.). Удельный вес казахского населения в этот период (по данным 1959 г.) составляла 18,3%. Не изменилось это соотношение и в 1970 году, а в некоторых районах понизилась (в Адамовском – на 2%, в Новоорском – на 5%). На фоне увеличения русско-украинского населения в период 1959-1970 гг. за счет естественного прироста, рост численности казахов, не смотря на традиции многодетности довольно скромен и составляет, как и у русских в 1970г. 25% роста по сравнению с 1959г. Это свидетельствует об их миграционном оттоке в этот период наряду с более мобильным русско-украинским населением. Причины такого неординарного поведения традиционно стабильного, отличающегося крайне низкой подвижностью сельского казахского населения вызваны социально-экономическими и экологическими последствиями освоения целины.  К числу этих последствий следует отнести изменение традиционного рода деятельности, связанного с пастбищным скотоводством, трансформацию уклада  и образа жизни, и своеобразную «экологическую ностальгию» по степному ландшафту, вызванную тотальной распашкой целинных районов.

С 1970 года усилился миграционный отток русского населения, тем самым доля казахов увеличилась в общей структуре национального состава в связи с их традиционно высоким естественным приростом и меньшей мобильностью. В 1979 году доля казахского населения в целинном регионе составляла 20,8%, в 1989г. – 23,4%, в 1995г. – 25,2%. Но абсолютные показатели увеличения численности казахского населения с 42 тыс. чел до 46 тыс. чел  за 20 лет (с 1970 по 1990 гг.) не выглядят убедительными. Их незначительность определяется существующим миграционным оттоком казахского населения за эти годы, хотя и меньшим по сравнению с выездом русских и украинцев.

Значительный миграционный отток из целинных районов рассматривается как одно из главнейших отрицательных социальных последствий освоения целины. Для обоснования данного вывода необходимо рассмотреть основные функции и факторы этого явления. Ученые выделяют широкий круг функций выполняемых миграционными процессами в социальной и экономической жизни общества. Главной экономической функцией миграции населения является обеспечение количественного и качественного соответствия между спросом и предложением трудовых ресурсов различного профиля и квалификации на рынке труда в различных районах страны и разных населенных пунктах.

Наряду с этим миграции выполняют и ряд важных социальных функций. Она является средством трудовой и социальной мобильности кадров, способствует их профессионально-квалификационному продвижению, повышению уровня образования, вовлечению в новые виды деятельности. Миграция обеспечивает более полное удовлетворение индивидуальных потребностей человека. Она открывает возможность перемены труда, увеличение его количества и качества, повышение его оплаты. Позволяет членам общества выбрать такие места жительства, конкретные условия жизни, которые в наибольшей степени отвечают их индивидуальным потребностям, являются наиболее удобными.

Казалось бы, данная роль миграции противоречит ранее сделанному выводу. И миграция населения на освоение целины, а затем обратный ее процесс, протекавший с явно большей степенью переселений продолжительностью во времени, являются объективными социальными процессами, оптимальными по времени и направлению и нет в связи с этим оснований подвергать этот процесс негативной оценке.

Однако благоприятное влияние миграции населения на экономику и социальное развитие общества ограничено известными пределами. Чрезмерная  интенсивность миграции сельского населения особенно из трудодефицитных районов крайне не желательна. Отток дееспособных и образованных кадров негативно сказывается на социально-экономическом и демографическом развитии села.

Многие специалисты относят к нерациональным переездам перемещение населения из трудодефицитных районов в трудоизбыточные. Более того, некоторые считают отрицательным явлением большое механическое движение между какими-либо регионами и в целом значительное встречное перемещение (даже из трудоизбыточных районов в трудодефицитные). Так как движение крупных равновеликих масс населения из района в район не пополняет недостаток трудовых ресурсов и не рассасывает их излишки. Оно только как бы замыкает одних конкретных лиц другими. Результат такого перемещения с точки зрения улучшения трудового баланса и качества труда равен нулю и имеет ряд отрицательных последствий. Сменяя друг друга люди на определенное время прекращают или оставляют совсем сферу деятельности, загружают транспорт. Велики затраты времени на устройство на новом месте, освоение новых сфер своей трудовой деятельности и обретения необходимой квалификации. В среднем по стране встречные переезды населения в трудоспособном возрасте отнимают более 5% экономически активного населения. В результате ликвидации нерациональных переездов увеличение валового внутреннего продукта всех региональных уровней составляет 2-3%.

Авторы в основном вскрывают экономические причины, вызванные нерациональной чрезмерной миграцией. Более скрыты социальные, психологические, этнические и экологические следствия этого явления, главным из которых является проблема адаптации переселенцев к новой социально-психологической и экологической среде, и формы контактов с другими народами в регионах с пестрым этническим составом.

Исходя из изложенного, а также, оценивая размеры миграций по целинным районам, подтверждается факт о чрезмерной нерациональной миграции как переселение на освоение целинных земель и особенно обратный процесс миграции из целинных районов, связанный с высокими, имеющими отрицательные последствия, показателями сальдо миграции и реэмиграции. Исследуя причины миграции, не принимая во внимание экономические последствия, возможно, считать ее оправданной и даже необходимой, если она вызвана потребностью улучшить материальный и социально-культурный уровень жизни мигрантов. Миграцию по другим факторам можно в полной мере назвать вынужденной, которая опосредована, прежде всего, эмоционально-чувственными мотивами, исходя из индивидуального в т. ч. этнического восприятия реальности. Крупные миграции, обусловленные такими чинами, имеют явно отрицательный оттенок.

Факторы миграции в сельской местности имеют разнообразный генезис. Социологи среди них выделяют факторы: выталкивающие население из села; удерживающие его в селе; притягивающие его в города[4]. Главными из которых выделяют социально-экономические, определяющие уровень жизни населения. Они представляют собой совокупность показателей оптимизирующих комплекс жизненных условий. К ним в первую очередь относят: уровень заработной платы; обеспеченность жильем с определенным качеством удобств; обеспеченность продуктами питания и промышленными товарами; уровень медицинского обслуживания; бытовых услуг; уровень просвещения; и культурно-развлекательного обслуживания.[5]Чем выше уровень показателей данных факторов, тем меньше по мнению указанных авторов масштабы нерациональной миграции, и больше стимулов, удерживающих население в селе.

Наиболее обобщенным показателем, характеризующим жизненный уровень, является размер зарплаты. Рассчитанный в среднем за период 1965-1990 гг. размер среднемесячной заработной платы по целинным районам на 25 руб. (17%) выше, чем в среднем по области. Большое значение в создании нормальных условий жизнь имеет обеспеченность жильем особенно высокого качества. Размер жилого фонда на 1-го жителя в 1970г. по целинным районам не много, но выше чем в среднем по области (9,1м2 и 8,8м2) и в 1990г. с увеличением жилой площади разрыв минимально возрастает (16м2 и 15м2).

Уровень бытовых удобств так же выше в целинном регионе, чем в среднем по области при общей невысокой степени обеспеченности ими жилого фонда, исключая уровень газоснабжения. Обеспеченность им в 1990г. – 92% в среднем по области и 94,5% по целинным районам. Обеспеченность жилья в целинных районах: водопроводом на 3% в 1970 г. и в 1990 г.; канализацией на 6% в 1970 г. и на 8% в 1990 г.; центральным отоплением на 9% и 7% выше, чем  в среднем по области. Более высокий охват в 1970г. газоснабжением 62% по сравнению с 43%, объясняется наличием магистрального газопровода Средняя Азия-Урал, проходящего через целинный восток области[6], [7].

Объем розничного товарооборота государственной и кооперативной торговли, показывающий уровень обеспеченности продуктами питания и промышленными товарами представлен среднестатистическими показателями на 1 жителя по 10-летним периодам с 1959г. по 1991г. По всем периодам наблюдается его более высокая величина в целинных районах, чем в целом по области. За 1959-1970 гг. выше на 90 руб., за 1971-80 гг. на 80 руб., за 1981-91 гг. – 85 руб.

Уровень медицинского обслуживания, представленный числом больничных учреждений и численностью фельдшерско-акушерских пунктов на 1 тыс. жителей, имеет идентичные величины на рассматриваемой территории. Что касается школьного образования, то закон о всеобщем обязательном обучении соблюдался по всей территории РФ, в т.ч. в Оренбургской области и во всех районах нет практически детей, не охваченных учебой. Отсюда показатели численности школ на 1000 учащихся в сельской местности целинных районов в 1966г. одинаковы со среднеобластными. В 1990 году этот показатель в целинном регионе выше, что связано с большим уменьшением учащихся в нем. Показатели культурного обслуживания населения (число клубных учреждений со стационарными киноустановками в среднем за 1965-1990 гг. на 10 тыс. жителей) также почти одинаковы. Незначительное превышение среднеобластного уровня объясняется лишь меньшим количеством населенных пунктов в целинном регионе, чем в других районах области. Объем бытовых услуг на 1 жителя в среднем за период 1960-90 гг. имеет также более высокий уровень в целинных районах (22 руб.) по сравнению со среднеобластным (19 руб.).

Анализ основных показателей, определяющих уровень жизни населения не дает ни каких оснований объяснять и предполагать их влияние на масштабы миграции из целинных районов области, которые бы выражали оценку социальных последствий освоения целины в чрезмерно высоком уровне миграционного оттока и реэмиграции. Напротив они диаметрально противоположны данному процессу и связь между ними обратная. Более высокие показатели уровня жизни населения в целинных районах по сравнению со среднеобластными, казалось бы, должны стимулировать закрепление сельских жителей и снижать миграционную убыль, которая в данной ситуации должна быть ниже, чем в среднем по области.

Однако наблюдается обратная тенденция, в которой степень миграционной убыли не зависит от уровня жизни населения, что свидетельствует об иных факторах высокого отрицательного сальдо и реэмиграции из целинных районов.  Из других причин, мотивирующих отток населения из сельской местности, выделяют факторы городского образа жизни. Близость городов, строительство новых, их рост и развитие в них промышленности, сферы услуг, культурно-развлекательного обслуживания, обеспечивающих «комфортность» городского образа жизни, оптимальные возможности трудоустройства и удовлетворения разнообразных потребностей привлекали и привлекают человека и стимулируют переезд населения из сел в города. Задачей данного исследования является определение факторов городского магнетизма на различие в величинах отрицательного сальдо миграции и реэмиграции между целинным регионом и среднеобластными показателями, а также выявить зависимость изменения величин в динамике показателей миграционной убыли населения из сельской местности целинных районов с изменениями значений в динамике роста городского населения области.

Зона целинных районов достаточно урбанизирована. К ее границам непосредственно примыкает агломерация Орск-Новотроицк. На территории освоенных целинных земель основаны и выросли такие города как Гай (1962 г.), Ясный (1962 г.), пгт (Светлый (1960 г.), Новоорск (1961 г.), Энергетик (1966 г.). Рост урбанизации должен был притягивать сельское население целинных районов, что и происходило. Но бурный рост этих городских поселений начался, в среднем за 5 лет до того, как сельское население целины достигло максимума (1966г.). К тому же они притягивали и сельских жителей других районов, например нецелинных Кувандыкского и Саракташского, которые расположены ближе к указанным центрам, чем целинные Беляевский, Первомайский, Акбулакский. Более того, рост численности жителей за 1965-1990 гг. только одного г. Оренбурга, притягивающего сельское население центральных районов области, превышает более чем на 50 тыс. чел рост численности населения всех городских поселений целинного региона, а с учетом других городских населенных пунктов не целинной зоны области на 130 тыс. чел.

Магнетизм крупных городов таких Магнитогорск и Актюбинск, расположенных за пределами области в радиусе 250км от центральной части целинного региона, ничтожен по сравнению с притяжением сельского населения западных и северо-западных районов области таких крупных индустриальных центров как Самара, Тольятти, Набережные Челны и Нижнекамск, расположенных в том же радиусе удаленности.

Из всех исследованных (на основе детального изучения и расчетов статистических данных) социально-экономических факторов, оказывающих главенствующее влияние на процессы миграции, в пользу более высоких показателей миграционного оттока сельского населения из целинных районов, по сравнению со среднеобластными, не указывает ни один. В результате поиска и исследования других причин и факторов (условно «у» и «х») и на основе систематизации и обобщения материала следует сделать вывод о наличии следующих факторов, оказывающих определяющее влияние на высокую миграционную убыль из целинного региона:

1) фактор «у» – психологическо-возрастной, основанный на сравнительном анализе возрастной структуры сельского населения области и целинных районов в частности и величин естественного прироста на 1000 жителей. Суть влияния фактора «у» такова: более высокая доля молодых возрастов в структуре населения области в поведенческом плане является следствием более высокой мобильности и миграционной способности населения. Молодые люди менее статичны, более подвижны и предрасположены к перемене места жительства. На основе теоретического исследования возможно предположить относительное влияние этого фактора. Но все же возрастом не определяются глубинные причины миграций. Тем более, что к 1980 году разница в удельном весе молодых возрастов уже была невелика, в т.ч. с учетом относительной миграционной стабильности казахского населения целинных районов.

2) фактор «х» – этно-экологический, который предполагается считать основополагающим и главным предиктором, влияющим на миграционный отток сельского населения из целинных районов. Выявление фактора «х» и придание ему ведущего значения, основано на исследовании теоретического и прикладного материала по проблемам этнической экологии и природопользования. А также процессов и форм адаптации населения к новой природной среде, влияния природной среды на материальную и духовную жизнь человека, характера взаимодействия общества с природной средой, с учетом этнической специфики.

__________

[1] Падалко Ю.А. Социально-экономическая уязвимость населения и хозяйства регионов российской части бассейна р. Урал от наводнений // Успехи современного естествознания – 2016. – № 12-2. – С. 439-443.
[2] Чибилёв А.А. (мл.), Семёнов Е.А. Григоревский Д.В. Проблемы и специфика сельского расселения в Оренбургской области // Вестник ВГУ. - Воронеж: Изд-во ВГУ, 2016. - №1. - С. 34-38.
[3] Семёнов Е.А., Чибилёв А.А. (мл.), Григоревский Д.В. Ретроспективный анализ демографии и специфика расселения населения Оренбургской области // Известия Самарского научного центра. Самара: СНЦ, 2015. - № 17 3(2). С 439-444.
[4] Социально-демографическое развитие села: Региональный анализ / Под ред. Т.И.Заславской и И.Б.Мучника. - М.: Статистика. - 1980. - 343 с.
[5] Социально-демографическое развитие села: Региональный анализ / Под ред. Т.И.Заславской и И.Б.Мучника. - М.: Статистика. - 1980. - 343 с.
[6] Падалко Ю.А. Оценка водоресурсной обеспеченности и существующего водопотребления сопредельных регионов бассейна р. Урал // Современные проблемы водохранилищ и их водосборов / труды Международной научно-практической конференции: в 3 томах / Министерство образования и науки РФ, Пермский государственный национальный исследовательский университет и др.. 2013. Том 1 Управление водными ресурсами. Гидро- и геодинамические процессы. Пермь, 2013. С. 84-88.
[7] Мелешкин Д.С. Анализ водопользования, как фактора устойчивого развития территории Среднего Поуралья // Материалы XXI сессия Объединенного научного совета по фундаментальным географическим проблемам при Международной ассоциации академий наук и Научного совета РАН по фундаментальным географическим проблемам «Охрана природы и региональное развитие: гармония и конфликты (к Году экологии в России)», 2017. – С. 305-309.