Материалы II Симпозиума (2000 год)

Материалы II Международного симпозиума "Степи Северной Евразии: Стратегия сохранения природного разнообразия и степного природопользования в ХХI веке". - Оренбург: ИПК "Газпромпечать", 2000. - 422 с.

Скачать (3,7 Mb DOC)

АВИФАУНА ХИЩНЫХ ПТИЦ И СОВ ОСТРОВЦОВСКОЙ ЛЕСОСТЕПИ И ПОПЕРЕЧЕНСКОЙ СТЕПИ

 

Хищные птицы и совы являются важным объектом при мониторинге биоразнообразия, как представители высших трофических уровней в качестве индикаторов состояния экосистем и как наиболее уязвимые виды, требующие безотлагательных мер охраны. Степные участки заповедника «Приволжская лесостепь» наименее изучены в фаунистическом плане. Первое экспедиционное обследование Островцовской лесостепи (352 га) проведено в 1995 г., регулярные наблюдения начаты с 1998 г. На Попереченской степи (250 га) работы начаты в 1999 г. В результате обследования выявлено гнездование 5 видов хищных из которых такой редкий для региона вид, как степной лунь, и 2 видов сов.
Черный коршун - Milvus migrans (Bodd.). Установлено ежегодное гнездование 1 пары на участке Островцовская лесостепь в пойме ручья в лесу из ольхи черной. На Попереченской степи является пролетным и летующим видом, гнездится в лесополосах.
Луговой лунь - Circus pygargus (L.). На Островцовской лесостепи в 1995 и 1998 гг. гнездилось 2-3 пары, в 1999 г. отмечено на гнездовании 4 пары и одна пара регулярно посещала участок из припойменных биотопов р. Хопер. Гнездятся на закустаренных полянах и по опушкам в зарослях вишни. 26 мая в гнезде отмечены 4 яйца, 18 июня - 4 разновозрастных птенца, 13 июля - 3 молодые птицы уже покинули гнездо, но еще в течение 3-4 недель держались в районе гнездовой территории. На Попереченской степи в 1999 г. гнездились 2 пары: на границе вейниковой ассоциации в зарослях ракитника и на припойменной террасе ручья в зарослях крапивы. Во втором гнезде 15 июня обнаружено 3 яйца, 12 июля – 3 птенца от 2 до 5 дневного возраста.
Степной лунь – Circus macrourus (S.G.Gm.). Впервые отмечен на гнездовании в Островцовской лесостепи в 1999 г. Гнездовой участок расположен в восточной части лесостепи. 22 мая самец и самка демонстрировали элементы брачного поведения. В течение мая-июня в утренние и вечерние часы регулярно наблюдали самца на присаде, на границе лесоопушечного комплекса, активно охраняющего гнездовой участок в радиусе 150 м от пролетающих сорок, ворон и луговых луней. Гнездо находилось, по-видимому, в зарослях терновника на опушке. Ввиду труднодоступности обнаружить местоположения гнезда не удалось. С 16 июля и до середины августа в районе гнездовой территории и в восточной части участка регулярно встречались 3 летные молодые птицы.
Зимняк - Buteo lagopus (Pont.). Обычный на пролете, нередко зимующий вид. Распространен повсеместно на всех участках заповедника..
Канюк - Buteo buteo (L.). Ежегодно в количестве 1-2 пары гнездится на участке Островцовская лесостепь в осиновом лесу в пойме Скрипицинского ручья и в лесопосадка. На Попереченской степи регулярно встречается на кормежке, гнездится в близлежащих лесопосадках.
Обыкновенная пустельга - Falco tinnunculus (L.). В 1998 г. на Островцовской лесостепи 27 мая в гнезде на отдельно стоящей яблоне отмечено 3 яйца, 29 мая – 5 яиц. В 1999 г. обнаружено 2 гнезда: в березовой лесопосадке вдоль северной границы участка и на ольхе в овраге в старых гнездах сорок на высоте от 2 до 4 м. На Попереченской степи в 1999 г. 2 гнезда: 12 июня отмечено 5 птенцов 5-6 дневного возраста.
Ушастая сова - Asio otus (L.). В отдельные годы многочисленна на весеннем пролете в районе участка Островцовская лесостепь. На гнездовании встречена 1 пара в Островцовской лесостепи в 1998 г. в осиновом колке лесоопушечного комплекса в старом гнезде вороны.
Болотная сова - Asio flammeus (Pont.). На Островцовской лесостепи в гнездовой сезон в 1998 г. отмечено 2 пары сов. Одно из гнезд располагалось на склоне оврага на краю молодой залежи в южной части участка. В 1999 г. найдено 2 гнезда: в зарослях втпной вишни и на ковыльной степи на краю оврага. В первом гнезде 28 мая находились 6 птенцов и 1 яйцо, 16 июня гнездо было оставлено, но самец по-прежнему активно «отводил» от места гнездования. Во втором гнезде 20 июня обнаружен один младший птенец. В Попереченской степи в 1999 г. 3 гнезда располагались на луговых степях под кустиками ракитника и одно гнездо – в зарослях вишни степной. В первом гнезде при осмотре 28 апреля обнаружено 2 яйца, 17 мая – 8 яиц, 4 июня – 6 птенцов и 5 полевок (осмотр проводился в утренние часы). Во 2 гнезде 17 мая обнаружена кладка из 8 яиц, 3 мая – 5 птенцов. В 3 гнезде 3 июня отмечено 5 птенцов. Четвертое гнездо обнаружено 14 июня, когда птенцы уже покинули гнездо, но еще не оставили гнездовой участок.

И.П. Лебяжинская

АГРОЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИЕМЫ УЛУЧШЕНИЯ ПРИРОДНОЙ РАСТИТЕЛЬНОСТИ В УСЛОВИЯХ СТАВРОПОЛЬЯ

 

Бессистемное использование, высокие нагрузки скота и недостаточное применение технологических приемов по уходу привели до 1990 гг. на Ставрополье к резкому снижению продуктивности кормовых угодий и уменьшению флористической насыщенности видов трав.
Исследования приемов по улучшению природных фитоценозов проводились в Центральной зоне Ставрополья на территории АО «Родина» Кочубеевского района.
В фитоценозе исследуемого участка на 100 м2 произрастало 19 видов трав: злаковых - 8 и растений ив группы разнотравья - 11 видов. В травостое доминировал типчак. Покрытие составляло - 60-70%. Почвенный покров участка был представлен обыкновенными остаточно солонцеватыми черноземами. Содержание фосфора в горизонте 20 см составило 0,12-0,17%. Большая часть его связана в соединениях, труднодоступных для питания растений. Недостаток фосфора в почве требовал эффективного использования фосфорных удобрений. Водорастворимого калия 22-32 мг/кг почвы, что является благоприятным режимом этих почв.
На основе данных участка/целью наших исследований заключалось в изучении эффективности приемов по улучшению природных фитоценозов вне¬сением удобрения Р45N60, щелеванием + Р45N60, дискованием + Р45N60, щелеванием + дискованием + Р45N60, многократным дискованием + P45N60 + подсеиванием травосмеси, безотвальной вспашки + дискованием + P45N60 + подсеиванием травосмеси.
Подготовка почвы на опытных участках проводилась в конце июня-начале сентября 1994 г. Сухая и теплая погода в летний период обусловили возможность посеять травосмеси (ежа сборная + кострец безостый, пырей удлиненный + люцерна желтая) в начале сентября. Выпавшие в сентябре осадки и теплая погода способствовали хорошему всходу и развитию подсеянных трав. Густота всходов на подсеянных участках (VI и VII) составило 836 и 752 шт. на 1м2, что для кормовых угодий считается высоким показателем. С подсеянными видами сохранились растения ранее растущих трав. Дружные всходы хорошо развились за осенний период, успешно перезимовав, обеспечили на последующие годы высокую продуктивность травостоев.
Средние данные наших исследований в течение 3-х лет показывают, что все приемы поверхностного улучшения значительно повышают продуктивность степных фитоценозов. На опытном участке II с внесением удобрения урожайность пастбищной травы превысила, по сравнению с I не улучшенным контрольным участком, на 3,2 т/га или на 67,3%, на III - с применением щелевания и внесения удобрения - на 3,75 т/га или на 76,5%, на IV - с дискованием и внесением удобрения - на 2,73 т/га или на 55,8%, на V - с применением щелевания, дискования и внесения удобрения - на 3,56 т/га или на 72,6%. Наиболее высокую урожайность обеспечили опытные участки, на которых обработка дернины сочеталась с внесением удобрений и посевом травосмесей. На участке VI с применением многократного дискования, внесения удобрения и посевом травосмеси урожайность травостоя достигла 21,6 т/га, превысив урожайность I контрольного участка на 16,7 т/га или на 340,8%. Однако, наиболее высокую урожайность обеспечил участок VII с применением безотвальной вспашки, дискованием, внесением удоб¬рения и посевом травосмеси. Урожайность составила 22,6 т/га, превысив I контрольный - на 17,7 т/га или на 361,2%.
Питательная ценность пастбищной травы на всех участках была достаточно высокой (0,7-0,8 корм. ед.), но не одинаковой. В одном кг абсолютно - сухого вещества травы количество сырого протеина на опытном участка II с внесением удобрения превысило, по сравнению с контрольным, на 16 г или на 21,0%, на участках (III, IV и V) с поверхностной обработкой дернины и внесением удобрений - на 17; 13 и 16 г или на 22,4; 17,1 и 21,0%.На участках (VI и VII) с поверхностной обработкой дернины, внесением удобрений и подсевом травосмесей количество сырого протеина превышало контрольный на 32 и 34 г или на 42,1 и 44,7%.

Следовательно, нами установлено, что для фитоценозов в Центральной зоне края, нуждающихся в поверхностном улучшении: безотвальная вспашка, внесение удобрений, дискование и подсев травосмесей позволяют улучшить пищевой, водный и воздушный режимы почв, увеличивать урожайность и питательность природных кормовых угодий при более экономном расходовании материальных и трудовых ресурсов, а также сохранять степную растительность.

И.Д. Кулик, В.И. Гузенко

АНТРОПОГЕННАЯ ЭВОЛЮЦИЯ СТЕПЕЙ ПРИТЕРСКОГО ПЕСЧАНОГО МАССИВА (ВОСТОЧНОЕ ПРЕДКАВКАЗЬЕ)


1. Притерский песчаный массив возник в раннем голоцене в результате «блуждания» некогда многоводной реки Куры и Терека. Мягкий и влажный атлантический климат, высокий уровень грунтовых вод, многочисленные озера-старицы и протоки способствовали формированию здесь луговых степей с дубравами и борами на лугово-каштановых и дерновых почвах. Сохранившиеся ареалы реликтовых ландшафтов в урочище Киссык подтверждают существование в древнем Притеречье как более влаголюбивой и теплолюбивой растительности (императа цилиндрическая, эриантус Равенны, груша иволистная, виноград лесной, периплека греческая, ломонос и др.), так и прекрасно развитых «каштановых» степей (ковыли перистый и волосатик, тонконог стройный, пырей сибирский, типчак, люцерна голубая, полыни австрийская и Маршалла, молочай Сегиеров, чабрец Маршалла и др.) (Галушко, 1974, 1975).
Наступившая общая аридизация климата, отступление Каспийского моря и понижение уровня грунтовых вод наряду с нарастающим антропогенным воздействием обусловили в конечном счете эволюцию гидроморфных луговых степей в степи «каштановые», засушливые и сухие. Им были характерны малогумусные карбонатные и глубокопрофильные каштановые почвы легкого гранулометрического состава, отдельные ареалы которых сохранились в Притерском песчаном массиве и поныне (Головлёв, Головлёва, Срибный, 1990).
2. Антропогенная эволюция «каштановых» степей Притеречья прослеживается с неолита, когда здесь появились первые скотоводческие племена (скифы, сарматы, аланы, хазары, тюрки). Бессистемный выпас скота вначале приводил к очаговой деградации почвенно-растительного покрова. К периоду средневековья нерациональное ведение скотоводческого хозяйства привело не только к исчезновению растительности, но даже к затуханию общественной жизни (Крупнов, 1956, 1961). Антропогенное воздействие еще более усилилось в XVI – XVII веках в связи с появлением в низовьях Терека первых русских поселений. В начале XVIII века, в связи с переселением гребенских казаков с правого берега Терека на левый и возникновением цепи казачьих станиц, антропогенное давление продолжает возрастать. Предшествовавшее этому стравливание песчаных пастбищ при выпасе ногайцами, калмыками и трухменами овец и верблюдов дополнилось стравливанием пастбищ от развития казачьего коневодства и воздействием на почвы при раскорчевке казаками лесных и закустаренных участков под пашню, виноградники и бахчи. Однако в целом антропогенный прессинг был сравнительно невысоким: к примеру, до 1917 г. нагрузка на гектар песчаных пастбищ составляла 1,2 головы, а в годы Гражданской войны снизилась до 0,4 головы (Гожев, 1930).
3. Расказачивание, раскулачивание и сопутствовавшее им разорение терских станиц и хуторской системы расселения в наурских и червлёнских «бурунах» в 1920-30-е гг. привели к еще большему ослаблению антропогенной нагрузки. «Каштановые» степи постепенно зарастают; восстанавливается их прежний, естественный ландшафтный облик. Процесс самозарастания степей был прерван в начале 1950-х гг. в связи с широкомасштабным сельскохозяйственным освоением Терско-Кумской низменности. Для нужд животноводческих и виноградарских хозяйств прокладываются обводнительно-оросительные каналы, устраиваются артезианские колодцы и искусственные водоемы, строятся дороги и ЛЭП. После 1957 г. в левобережные затеречные станицы и хутора по решению местных советских властей вселяются первые контингенты чеченского населения. Появление в бурунных степях горского чеченского населения, не имевшего глубоких навыков ведения сельского хозяйства в условиях аридной зоны, еще более усугубило экологическую обстановку. К середине 1970-х гг. овцеводческая перегрузка пастбищ (в значительной степени из-за бесконтрольного выпаса частных отар, принадлежавших в основном чеченцам и ногайцам) достигает троекратного превышения нормы. Закономерным результатом этого, в частности, является то, что в 1974 г. свыше 500 га разбитых песков с территории овцесовхоза «Терский» Наурского района ЧИАССР было поднято в воздух и перенесено апрельскими ветрами в Ставропольский край (Лалыменко, 1975). Несоблюдение пастбище- и сенокосооборотов, распашка задернованных песчаных и супесчаных массивов под пашню и бахчи, бессистемное движение транспорта и сельхозтехники, слабая охрана лесных полос, недостаточные объемы лесомелиоративных работ, привели в конечном итоге к усилению деградации степей и их опустыниванию. В начале 1990-х гг. заметно возросло население казачьих станиц и хуторов за счет подселения в них чеченцев-горцев, покинувших родные горы по причине катастрофических оползней. Нагрузка на бурунные пастбища увеличилась в 6 раз; до 70% их площади ныне разбито и подвержено дефляции. Большая часть песчаного массива лишена почвенного покрова. Резко изменился и ботанический состав кормовых угодий – значительная часть пастбищ поросла зоохорными сорняками (дурнишники калифорнийский и колючий, рогоплодник песчаный и др.). Практически полностью истреблены последние дубравы и боры, можжевеловые заросли.
4. Провозглашенная в 1991 г. независимость Чечни «вывела» Притерский песчаный массив, населенный уже чеченцами-горцами, за пределы контроля российских властей. Бесконтрольность и нерациональность хозяйственного использования пастбищных угодий из-за этого многократно возросла. Теперь здесь господствуют антропогенные процессы, ведущие к ускоренной эволюции «каштановых» степей в направлении аридного опустынивания.

Н.М. Головлёва, А.А. Головлёв

АНТРОПОГЕННОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ НА РАСТИТЕЛЬНОСТЬ ГОРОДА ОРЕНБУРГА


Большая часть территории г. Оренбурга несет ярко выраженные черты антропогенного воздействия. С целью изучения антропогенного влияния на сосудистые растения флоры г. Оренбурга в 19997-1999 гг. было проведено детальное исследование флоры в городе и его окрестностях. Были изучены местообитания сформированные в результате антропогенной деятельности: сбои, возделываемые участки; заброшенные после интенсивного нарушения; естественные рудерализированные; нитрофильные с минерализированным субстратом; железнодорожные ; переувлаженнные по берегам водоемов, канав и др..
В результате проведенного исследования выяснилось, что из 475 видов сосудистых растений флоры г. Оренбурга на антропогенных местообитаниях встречаются 274 вида (58%). Среди различных типов местообитаний больше всего видов обнаружено на урбанизированных территориях - 85 видов (31%). На техногенных участках встречаются 6 видов (22%), в искусственных лесных насаждениях - 48 видов (18%), а в агрофитоценозах - 35 (13%). Антропогенные местообитания оказались более благоприятными для покрытосеменных растений.
Так как на антропогенных территориях складываются в основном более ксеротермальные условия, чем в окружающем их естественном ландшафте, то растения из класса двудольные представлены лучше, чем однодольные (тяготеют к более влажным местообитаниям).
Лучшую приспособленность к созданным человеком местообитаниям имеют характерные для флор аридных территорий Chenopodiaceae, Polygonaceae, Lamiaceae, Poaceae. Худшую приспособленность показывают характерные для бореальных флор Cyperaceae, Ranunculaceae и др. Такие же тенденции обнаружены и при изучении антропогенной динамики флоры окрестностей г. Оренбурга за последние 100 лет. Asteraceae является единственным семейством, которое представлено долей выше средней в каждом отдельном типе. В других семействах виды в большей степени приурочены только к определенным типам антропогенных местообитаний (например семейство Chenopodiaceae) - очень высокая приспособленность к урбанизированным техногенным территориям и ниже средней для флоры в целом- в искусственных лесных насаждениях и агрофитоценозах.
Среди крупных родов исследуемой флоры большей долей на антропогенных местообитаниях представлены Chenopodium Artemisia Potentilla Veronica. Наименее приспособленными оказались Astragalus Allium.
Среди травянистых форм лучшая приспособленность к антропогенным местообитаниям наблюдается у малолетников и значительно худшая у многолетних видов. Это связано с тем, что антропогенные местообитания очень нестабильны, следовательно, неблагоприятны для длительного произрастания на одном месте травянистого вида.

Н.Н. Макарова

БЕРЕЗОВЫЕ КОЛКИ В ПЕСЧАНОЙ СТЕПИ НИЖНЕГО ДНЕПРА

 

Начало образования Нижнеднепровских песков относится к концу последнего, валдайского оледенения (10-12 тыс. лет назад). Однако основная масса песков была принесена в низовье Днепра в период потепления, когда таял отступающий ледник, образуя водные потоки, размывающие на пути почву и горные породы. Эти потоки вливались в реку, неся с собой взмученные частицы, которые постепенно оседая, при одновременном смещении русла реки образовывали на левом берегу нижнего Днепра песчаные массивы.
Как всякие речные отложения, обогащенные илистыми фракциями, Нижнеднепровские пески были достаточно плодородны. Это благоприятствовало естественному появлению здесь самой разнообразной древесной, кустарниковой, травянистой растительности и поселению различных представителей животного мира. Наиболее интересные сведения о природе Причерноморских степей приводит известный древнегреческий историк и географ Геродот, посетивший Скифию (юг Украины) в V веке до н.э. В своей всеобъемлющей для того времени «Истории в девяти книгах» (переведенной на русский язык и впервые изданной в России в 1888 году) он неоднократно упоминает об отсутствии леса в Скифии и наличии его на территории нижнего Днепра, которую он назвал Гилеей. В последствии эти леса были вырублены кочевниками или истреблены огнем бесчисленных пожаров, а их площади превращены в пастбища.
В настоящее время уникальные участки леса - гайки - сохранились лишь на Соленоозерной даче, Кинбурнской косе, Ивано-Рыбальчанской и Виноградовской песчаных аренах. Березовые колки встречаются в районах Цюрупинска, Голой Пристани, Збурьевки. Значительные площади колковых лесов сохранились в окрестностях села Буркуты.
По мнению многих отечественных ученых, современные гайки представляют собой остатки лесов, некогда произраставших в Причерноморье по долинам рек, впадающим в Черное море. Исследователь природы юга Украины И.К. Пачоский писал, что этот лесной массив и в прошлом не мог быть сплошным. Рост леса определялся разнообразием почв и рельефа.
Природные колки березы днепровской (Betula borysthenica Klok.) занимает площадь около 100 га. Береза растет на влажных песках, мокрых боровых песках и на слаборазвитых песчаных почвах. Продолжительность жизни ее здесь не превышает 20 лет. Возобновляются березовые колки естественно - путем обильного самосева. Произрастающая в таких местах береза достигает 40 лет, имея при этом высоту 17 м и диаметр ствола 27 см.
Интенсивность естественного возобновления сравнительно высокая и может достигать 150 штук сеянцев на один квадратный метр. Наблюдения показывают, что самооблесение близководных понижений березой происходит лишь вблизи плодоносящих древостоев. В этом случае береза поселяется не только в необлесенных понижениях, но и в засаженных сосной. Как быстрорастущая и светолюбивая порода, береза опережает сосну, достигая в 10-ти летнем возрасте высоты 7 м, образуя хорошие смешанные сосново-березовые рощи. По мере удаления от плодоносящих деревьев естественное возобновление березы ослабевает и с расстоянием приблизительно 300 м прекращается совсем, несмотря на близость грунтовых вод, обилие семян березы и легкость их распространения ветром. Береза днепровская выносит засыпание песком, а при выдувании, сдерживает корнями развевание малосвязанного песчаного грунта.
Естественные гайки - уникальные природные эталоны - дают образцы для создания культурных насаждений в условиях засушливой степи.

М.Ю. Карнатовская

БИОГЕОТЕХНОЛОГИЯ – РАЗДЕЛ ПРИКЛАДНОЙ БИОГЕОЦЕНОЛОГИИ (НА ПРИМЕРЕ БИОГЕОЦЕНОТИЧЕСКОГО КОМПЛЕКСА ДЖАНЫБЕКСКОГО СТАЦИОНАРА)

 

Полупустынный биогеоценотический комплекс Джаныбекского стационара является уникальным агролесомелиоративным объектом, на примере которого А.А. Роде и его школа реализовали идею В.Н. Сукачева о «стационарном методе изучения природы» с постановкой «комплексных биогеоценотических исследований (Сукачев, 1947). Эти исследования, как и предполагал В.Н. Сукачев (1947), позволяют развить теорию биогеоценологии, а именно сформулировать новое направление – биогеотехнологию.
Биогеотехнология (от греч. bios – жизнь, geo – Земля, techne – искусство, мастерство и logos – наука), раздел биогеоценологии, изучающий формирование и развитие искусственных (антропогенных) биогеоценозов, совокупности их элементов (лесных культурфитоценозов, агроценозов) и взаимоотношение с окружающими естественными биогеоценозами. Предметом изучения биогеотехнологии являются исследование закономерностей формирования искусственных биогеоценозов, а также планирования, поддержания, управления устойчивостью и биологической продуктивностью комплексных биогеотехнологических систем.
Сущность биогеотехнологии сводится к целенаправленному и научно-обоснованному вкладу человеком энергии, за счет которой представляется возможным коренным образом трансформировать природную среду и одновременно запустить сукцессионный процесс на предсказуемое формирование нового, более сложного по флористическому и фаунистическому составу искусственного биогеоценоза. В связи с этим биогеотехнология позволяет сначала планировать, затем – моделировать и, наконец, создавать новые биоценозы с минимальной дотацией энергии за счет хозяйственной деятельности, поскольку основная ее часть будет поступать в результате запуска сукцессионного процесса, т.е. «самомобилизации биогеоценоза». Последняя включает в себя перераспределение, сбережение и рациональное использование имеющихся ресурсов системы. При оптимальном решении задачи на месте низкопродуктивного природного, либо неудачно созданного антропогенного ландшафта, можно будет сформировать новый искусственный биоценоз, более сложной структуры, организации и продуктивности.
Организация новых искусственных биоценозов базируется на выявлении, подборе и использовании комплекса биогеотехнических приемов, обеспечивающих оптимизацию лимитирующих факторов, которые, как правило, проявляют себя критически в разные сроки, реже – одновременно и с хаотическими последствиями. Биогеотехнология связана с очень многими биологическими науками – биогеоценологией, экологией, лесоведением, почвоведением, генетикой и смежными дисциплинами – агрономией, агролесомелиорацией, интродукцией, селекцией и др. Иначе говоря, биогеотехнология использует знания всех биологических и прикладных дисциплин. Комплексный подход позволяет компенсировать взаимозаменяющие лимитирующие факторы среды и запускать сукцессионный процесс по предсказуемому прогнозируемому направлению с последующим формированием и функционированием запланированных устойчивых и продуктивных искусственных биогеоценозов.
Ключевой задачей биогеотехнологии (экотехнологии) должно являться построение на Земле оптимально вписанных в среду искусственных – антропогенных биоценозов, образующих в совокупности с естественными, гармоничную, по терминологии В.И. Вернадского, ноосферу. Построение такой ноосферы должно начинаться с формирования оптимальных типов искусственных биоценозов, прежде всего агробиоценозов, которые занимают 33% свободной от льда суши (Одум, 1986) и создания крупных заповедников, национальных парков и других охраняемых территорий, для всех наиболее представительных естественных биоценозов (экосистем).
Биогеотехнология базируется на трех понятиях: 1) биогеотехнический прием, 2) биогеотехнический комплекс и 3) биогеотехнии, которые можно определить следующим образом.
Биогеотехнический (экотехнический) прием – любое мероприятие – агротехническое, агрохимическое, интродукционное, биотехническое, селекционное и т.д., обеспечивающее частичную оптимизацию лимитирующих факторов, на основе использования фундаментальных биогеоценотических (биологических) знаний. Биогеотехнический прием подбирается, либо обосновывается под конкретный искусственный биогеоценоз (фитоценоз), по лимитирующим факторам среды и требуемому качеству продукции, с анализом максимально возможного снижения дотации энергии с перспективой предельно возможного приближения его к естественным природным экосистемам и протекающим в них процессам.
Биогеотехнический (экотехнический) комплекс – четко увязанная система мероприятий, обеспечивающая коренную трансформацию физической среды для сообщества или его крупных структур, за счет чего во временном пространстве достигается сдвиг потока энергии с последующим формированием либо нового по структуре, либо комплексного искусственного биогеоценоза.
Биогеотехния – запуск и поддержание целенаправленного хода сукцесионного процесса, на основе использования биогеотехнического комплекса мероприятий, обеспечивающего прогрессивное формирование и поддержание структуры и функционирования запланированного искусственного биогеоценоза.

В.Ю. Душков