Материалы конференции 'Заповедное дело' (2009)

Заповедное дело: проблемы охраны и экологической реставрации степных экосистем: Материалы международной научно-практической конференции, посвящённой 20-летию организации государственного природного заповедника "Оренбургский", проходящей в рамках V Международного симпозиума "Степи Северной Евразии". - Оренбург: ИПК "Газпромпечать", 2009. - 156 с.

Скачать (2,6 Mb PDF)

АБСОЛЮТНО ЗАПОВЕДНЫЙ РЕЖИМ В СТЕПНЫХ ЗАПОВЕДНИКАХ: УРОКИ И ПЕРСПЕКТИВЫ


Степные и лугово-степные экосистемы в Украине сохранились лишь в ряде объектов природно-заповедного фонда, территория которых очень ограничена. Вместе с тем, существующие режимы заповедания, прежде всего абсолютно заповедный режим, не позволяют сохранять видовое и ценотическое разнообразие типичных зональных или уникальных природных комплексов на надлежащем уровне. Степные и, особенно, лугово-степные экосистемы исторически формировавшиеся в условиях постоянно действующих экзогенных факторов (выпас, палы и пр.), при их снятии оказались крайне неустойчивыми и подверженными весьма существенным трансформациям [2, 3, 10, 12, 16]. Их изменение происходит настолько быстро и в таких широких масштабах, что по существу ведет к полной деструкции отдельных степных и лугово-степных экосистем, которые в условиях продолжающегося антропопрессинга сохранить не удается.
В тоже время, как показала практика степного заповедания, длительное влияние (40-50 и более лет) режима абсолютной заповедности приводит к глубоким, зачастую необратимым трансформациям не только резерватных фитоценоструктур и зоокомплексов, но и к существенным изменениям величин ряда экологических факторов, прежде всего эдафических [6, 9, 13, 17]. В результате степь изменяется не только и не столько габитуально (значительное увеличение квоты древесных и кустарниковых биоморф) [5, 18], что по существу выводит степные резерваты за границы биомов с доминированием травянистых экобиоморф, но и исчезают типичные зональные степные сообщества с доминированием дерновинных злаков и сопутствующим разнотравьем, среди которого большое количество раритетных видов занесенных в Красные книги, списки регионально уязвимых видов и пр.
Многие степеведы-практики [1–3, 7, 8, 10, 14, 15] указывают на значительные изменения видового состава и структуры резерватных фитоценозов при длительном использовании режима абсолютной заповедности. Типичные степные сообщества с доминированием дерновинных злаков (представители родов Stipa L., Festuca L. и др.) замещаются формациями Elytrigieta repentis, Calamagrostideta epigeioris, Arrhenathereta elatii, обширные участки заповедных дерновинно-злаковых степей трансформируются в заросли степных кустарников, которые в свою очередь являются плацдармами для внедрения древесных видов, зачастую чуждых природе степи.
Именно поэтому в современном степеведении пришло время пересмотреть некоторые устоявшиеся и ставшие “классическими” взгляды на выбор оптимальных режимов сохранения степного биома на территориях объектов природно-заповедного фонда. Вне всякого сомнения, мы не отвергаем существование абсолютно заповедных участков, имеющих полувековую и более историю, которые представляют собой некие лаборатории со свойственными им режимами общего невмешательства и позволяющим получать ценнейшую информацию о процессах саморазвития степных экосистем. Однако, следует признать, что попытка сохранения, а тем более воспроизводства, степных экосистем под воздействием абсолютно заповедного режима во многих существующих заповедниках привела к непрогнозируемым и нежелательным результатам. Чрезвычайная бедность консументной составляющей степных биоценозов, полное отсутствие стадных копытных и сопутствующей гильдии копрофагов, не только нарушает веками сложившиеся трофические связи и связанные с ними процессы почвообразования, но и существенно изменяет механизмы воспроизводства степных экосистем как целостной структуры.
Вместе с тем, опираясь на результаты исследований ряда ученых [4, 11] следует охранять не только виды и их сообщества но сукцессионные системы ибо только на их уровне возможна эволюция многовидовых сообществ, сложившихся в длительных процессах коэволюции, на фоне квазистабильных условий окружающей среды и под влиянием целого комплекса критических экзогенных воздействий.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Воробьев И.И. Лес, степь и человек в Центральном Черноземье: попытка иного взгляда на практику заповедания степей / И.И. Воробьев // Изучение и сохранение природных экосистем лесостепной зоны: Материалы междунар. науч.-практ. конф., посвящ. 70-летию Центрально-Черноземного заповедника (пос. Заповедный, Курская обл., 22-26 мая 2005 г.). – Курск, 2005. – С. 26–28.
2. Данилов В.И. и др. Влияние различных регуляционных режимов на степные сообщества заповедника «Галичья гора» / В.И. Данилов, Т.В. Недосекина, Л.А. Сарычева, М.Н. Цуриков, О.В. Архарова, В.Ю. Недосекин // Изучение и сохранение природных экосистем лесостепной зоны: Материалы междунар. науч.-практ. конференции, посвят. 70-летию Центрально-Черноземного заповедника (пос. Заповедный, Курская область, 22-26 мая 2005 г.). – Курск, 2005. – С. 68–70.
3. Дидух Я.П., Лысенко Г.Н. Экологические проблемы охраны степей Украины Я.П. Дидух, Г.Н. Лысенко // Степи Евразии: проблемы сохранения и восстановления. – СПб.-М., 1993. – С. 65–67.
4. Жерихин В.В. Природа и история травяных биомов / В.В. Жерихин // Степи Евразии: проблемы сохранения и восстановления. – СПб.-М., 1993. – С. 29–49.
5. Кудрявцев А.Ю. Динамика растительности лесостепного комплекса приволжской возвышенности / А.Ю. Кудрявцев // Изучение и сохранение природных экосистем лесостепной зоны: Материалы междунар. науч.-практ. конференции, посвят. 70-летию Центрально-Черноземного заповедника (пос. Заповедный, Курская область, 22-26 мая 2005 г.). – Курск, 2005. – С. 191–195.
6. Лысенко Г.Н. Влияние абсолютно заповедного режима на изменение гидротермических и эдафических факторов экотопов “Михайловской целины” (Украина) / Г.Н. Лысенко // Степи Евразии: сохранение природного разнообразия и мониторинг состояния экосистем: Материалы междунар. симп. – Оренбург, 1997. – С. 53–54.
7. Лысенко Г.Н. В каком режиме сохранится луговая степь “Михайловской целины”? / Г.Н. Лысенко // Степ. бюл. – 2005. –- № 18. – С. 10–14.
8. Лысенко Г.Н. Необходимость коррекции режимов заповедания в степных заповедниках / Г.Н. Лысенко // Материалы Второй науч.-практ. конф. “Музей-заповедник: экология и культура”: Сб. ст. – Ростов-на-Дону; Юг, 2006. – С. 284–285.
9. Лисенко Г. Порівняльна синфітоіндикаційна оцінка абсолютно заповідної, викошуваної та пасовищної ділянок “Хомутовського степу” / Г.Лисенко // Збірник наукових праць Полтавського державного педагогічного університету імені В.Г. Короленка. ? Серія “Екологія. Біологічні науки”. – № 6 (58). ? Полтава, 2007. – С. 28–33.
10. Осичнюк В.В. Деякі особливості заповідного режиму у відділеннях Українського державного степового заповідника / В.В. Осичнюк // Укр. ботан. журн. – 1979. – 36, № 4. – С. 347–352.
11. Разумовский С.М. Закономерности динамики биоценозов / С.М. Разумовский. – М.: Наука, 1981. – 231 с.
12. Семенова-Тян-Шанская А.М. Динамика степной растительности / А.М. Семенова-Тян-Шанская. – М.-Л.: Наука, 1966. – 174 с.
13. Семенова-Тян-Шанская А.М. Накопление и роль подстилки в травяных сообществах / А.М. Семенова-Тян-Шанская. – Л.: Наука, 1977. – 191 с.
14. Семенова-Тян-Шанская А.М. Режим охраны травяных сообществ / А.М. Семенова-Тян-Шанская // Растительный мир охраняемых территорий. – Рига: “Зинатне”, 1978. – С. 139–142.
15. Семенова-Тян-Шанская А.М. Режимы охраны травяных сообществ и отдельных видов растений / А.М. Семенова-Тян-Шанская // Журн. общ. биологии. – 1978. – Т. 34, № 1. – С. 5–14.
16. Ткаченко В.С. Степи України: сучасне і майбутнє // Збереження степів України: Матеріали міжнародної наукової конференції “Збереження останніх залишків степової рослинності України шляхом заповідання та режими її охорони” (27-29 травня 2002 р., с. Хомутове Новоазовського р-ну Донецької обл.) / В.С. Ткаченко. – Київ: Академперіодика, 2002. – С. 15–25.
17. Ткаченко В.С. Зміни екотопів лучного степу “Михайлівської цілини” (Сумська область) в ході резерватної сукцесії / В.С. Ткаченко, Г.М. Лисенко, А.П. Вакал // Укр. ботан. журн. – 1993. – 50, № 3. – С. 44–51.
18. Чибилёв А.А. Лик степи (Эколого-географические очерки о степной зоне СССР) / А.А. Чибилёв. – Л.: Гидрометеоиздат, 1990. – 192 с.


Г.Н. Лысенко

АНТРОПОГЕННОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ НА ЛАНДШАФТЫ НАЦИОНАЛЬНОГО ПАРКА «БУЗУЛУКСКИЙ БОР»

 

На протяжении почти столетия одной из животрепещущих проблем Оренбургской области является  проблема сохранения уникального соснового массива – Бузулукского бора. В условиях формирования первого в области национального парка комплекс экологических проблем бора приобрел особую остроту.
Формирование соснового бора на песчаных террасах Боровки и Самары произошло на рубеже верхнего плейстоцена и голоцена (около 10 000 лет назад), когда произошла аридизация климата. Чередование влажных и засушливых  климатических эпох приводило к изменению облика бора. Морфологическую сложность и неоднородность ландшафтов Бузулукского бора, очевидно, следует рассматривать в связи: с особенностями сопряжения эоловых ландшафтов II надпойменной террасы, ландшафтных комплексов поймы и I надпойменной террасы, сыртовых ландшафтов; соотношением различающихся в генетическом отношении и «наложенных» друг на друга типов урочищ, формирование которых разобщено во времени; со сменой фаций в составе урочища в зависимости от экспозиции  склонов, изменением условий увлажнения и залегания горных пород [1, 3].
Антропогенные факторы формирования ландшафтных геосистем Бузулукского бора проявляются в форме:
- крупных массивов искусственных насаждений сосны с чрезмерной плотностью древостоя (до 10-12 тыс. стволов на гектар), высокой фаутностью древесины (пораженностью различными заболеваниями) и значительной долей сухостойных и упавших деревьев;
- значительных по площади вырубок преимущественно с сукцессионными сообществами рудералов вокруг законсервированных и ликвидированных эксплуатационных скважин на нефть и газ, обладающих потенциальной аварийной опасностью ввиду давнего периода проведения буровых работ и отсутствия мониторинга за состоянием скважин на протяжении почти 30 лет;
-  сохранившейся высокой пожароопасности сосняков Бузулукского бора, которые на протяжении 200 лет испытали свыше 30 крупных пожаров, в результате которых выгорало до 45%  площади лесного массива;
-  наличии значительных селитебных территорий внутри лесного массива – поселков и сел – Колтубанский, Партизанский, Опытный, Заповедный, Паника, население которых зачастую создает пожароопасную ситуацию, производит несанкционированные рубки, замусоривание территории.
Пространственный охват воздействия указанных факторов позволяет выделить три категории боровых ландшафтов, которые отличаются по характеру, масштабам и глубине антропогенной трансформации [5].  
К первой категории относятся техногенные вырубки вокруг скважин, представляющие собой травянистые сообщества 10-20 летней давности. Безлесные участки вокруг скважин относительно невелики по площади. Их площадь оценивается в 170-200 га, т.е. около 0,3% площади бора. Несмотря на небольшую занимаемую площадь, группа нефтегазовых скважин, расположенная  в северо-восточной части Бузулукского бора, является основным источником потенциальной опасности для боровых ландшафтов, если учитывать размеры нефтегазовых залежей и аварийное состояние технологического оборудования. За время проведения поисково-разведочных и эксплуатационных работ по нефти и газу в 1953-1974 гг. было пробурено 164 структурные, поисково-разведочные и  эксплуатационные скважины.
Ко второй категории антропогенной деградации отнесены участки с сверхплотными искусственными насаждениями, в т.ч. крупными сухостоями и массивами упавших деревьев. Площадь сосновых посадок составляет 25,4 тыс. га (22,9% от общей площади Бузулукского бора).  Причиной столь широкого распространения искусственных лесных насаждений в бору является облесение бывших пожарищ и падей. В целом площади гарей неуклонно сокращались в геометрической прогрессии (на 30% в 1851-1900 гг. по сравнению с предыдущим периодом; на 60% в 1901-1950 гг.; почти на 90%  в 1951-2000 гг).
Важнейшее последствие пожаров XIX века, охвативших бо'льшую часть бора, заключается в утрате уникальной ламинарно-мозаичной морфоструктуры степного бора, которая представляла собой причудливое сочетание различных по размерам сосновых массивов, дубово-липовых и березово-осиновых колков, лесных полян и прогалин, а также остепненных участков, озер и болот. За период с 1948 по 1989 гг. лесопокрытая площадь увеличилась с 66 до 86% за счет искусственного лесовосстановления.  Сложившаяся естественным образом структура бора была заменена сплошными массивами искусственных насаждений сосны, превративших Бузулукский бор в памятник непродуманного лесовосстановления.
Третью категорию по степени потенциальной экологической опасности составляют селитебные территории во внутренних частях лесного массива, пастбищная деградация травянистого покрова в сосняках, а также химическое загрязнение леса вдоль транспортных путей. Общая площадь леса, на которой выпасается скот, составляет 20069 га (т.е. 18% общей площади Бузулукского бора), что приводит к уничтожению травянистого и кустарникового ярусов растительности, ослаблению основного древостоя, поражению его вредителями и болезнями. Непосредственно в границах бора располагается 12 населенных пунктов на площади 292,4 га (0,3% площади бора).
Следует подчеркнуть, что сосновый бор представляет единую ландшафтную систему. Начало добычи нефти приведет не только к изменению ландшафтов в контуре нефтяных месторождений. Изменятся межкомпонентные связи внутри каждой геосистемы, составляющей Бузулукский бор. Необходимо учесть, что реликтовые ландшафты обладают пониженной регенерационной способностью и в целом их экологическая устойчивость ниже, чем у ландшафтов-доминантов. Поэтому хотелось бы задать вопрос тем, кто начинает техногенные эксперименты с Бузулукским бором: насколько очевидна ценность нефтяных залежей под бором по сравнению с уникальностью, эстетическими качествами и реликтовыми чертами этого ландшафта? [2].
Создание и развитие особо охраняемых природных территорий (ООПТ) в настоящее время рассматривается как основная форма сохранения ландшафтного и биологического разнообразия. В связи с этим возрастает необходимость в разработке эффективных инструментов территориального планирования, подходов и методов оценок ООПТ, являющихся важнейшей составляющей процесса управления природопользованием. Особенно актуальны подобные исследования на территории национальных парков.
Национальный парк «Бузулукский Бор» – единственный парк Оренбургской области. Его создание позволило не только возвратить территорию уникального лесного массива в число объектов национального природного наследия. Однако, при своей высокой природоохранной значимости, этот национальный парк является наглядным отражением широкого спектра проблем, с одной стороны, экологических и социально-экономических, типичных для староосвоенных регионов и связанных с наличием природных рискообразующих факторов и развитием нерациональных форм природопользования, с другой – проблем управления, присущих большинству российских ООПТ [4].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Даркшевич, Я.Н. Бузулукский Бор / Я.Н. Даркшевич. – Чкалов, 1953.
2. Невзоров В.М. По Бузулукскому бору (путеводитель) / В.М. Невзоров, А.А. Хиров. – Бузулук, 1982.
3. Терентьева Л.В. Защитим Бузулукский бор / Л.В. Терентьева, В.Н. Домбровский. – Оренбург, 2002 – 132 с.
4. Чибилёв А.А. Географический атлас Оренбургской области / А.А. Чибилёв. – М., Оренбург, 1999. – С. 65.
5. Эколого-экономическое обоснование организации национального парка «Бузулукский бор» в Оренбургской и Самарской областях: общая пояснительная записка / Рос. гос. проектно-изыскат. ин-т «Росгипролес». – М., 2000.


С.Ю. Ковтун

БАШКИРЫ САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ: К ВОПРОСУ О СОХРАНЕНИИИ КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ

 

Самарская область относится к наиболее многонациональным регионам нашей страны. Башкиры являются народом, издавна живущим в степных районах нашей области.
В Самарской области, по данным Всероссийской переписи 2002 года, проживает 7885 башкир [1].
Территорией компактного расселения башкир является юго-восток области (Большеглушицкий и Большечерниговский районы). Там, среди широких степей, на берегах реки Большой Иргиз и ее притоков расположились башкирские поселения Муратшино, Таш – Кустьяново, Имелеево, Денгизбаево, Кочкиновка и другие. Кроме того, башкиры живут в соседних населенных пунктах вместе с русскими, татарами, казахами, чувашами и другими народами. Численность башкир в Большечерниговском районе составляет 2207 человек, в Большеглушицком – 909 человек [2].
Башкиры Самарской области относятся исследователями к южной подгруппе юго-западной этнографической группы башкир [3].
Основу традиционного хозяйства башкир Самарского края составляло полукочевое скотоводство. Летом население вместе со скотом кочевало на пастбищах, а осенью возвращалось в свои поселения. Среди разводимых животных наиболее распространенными были лошади, овцы, крупный рогатый скот. Башкиры содержали и верблюдов. Первоначально эти животные использовались как средство передвижения. В отличие от других тюркских народов, башкиры Самарского края верблюдов не навьючивали, а запрягали их летом в телеги, а зимой в сани [4]. В связи с переходом к земледелию верблюдов стали использовать во время полевых работ – их запрягали в плуги и в косилки. Один верблюд, по словам стариков, заменял двух лошадей. Верблюды содержались в хозяйствах башкир Самарской области вплоть до второй половины ХХ столетия. Исчезновение этих животных местные жители связывают с развитием средств механизации: верблюдов вытеснили тракторы.
Важной составляющей частью традиционного хозяйства местных башкир являлась также охота.
Долгое время у местных башкир сохранялась традиция выезда на летние кочевья.
Земледелие у башкир Самарского края начинает развиваться в концеXVIII - начале XIX в. Этому способствовало интенсивное общение с земледельческими народами (русскими, украинцами и др.), а также политика местной администрации, направленная на приобщение башкир к земледелию.
Согласно этнографическим исследованиям последних лет башкиры Самарской области сохранили этническое самосознание и ряд особенностей традиционной материальной и духовной культуры. В их поселениях и сегодня встречаются дома, сложенные из саманного кирпича, некоторые из них снаружи обложены деревом или кирпичом. В большом количестве встречаются также сложенные из самана хозяйственные постройки и летние кухни.
В прошлом к основным компонентам интерьера относились нары. Вплоть до середины ХХ в. нары делали в основном из глины, затем им на смену пришли деревянные нары, установленные на подпорках, сделанных также из дерева. Нары выполняли универсальную функцию: на них жители дома сидели, принимали трапезу и спали. В углу нар на сундуке складывалась горкой постель, а для красоты она перетягивалась лентой. Сегодня нары сохранились лишь в отдельных жилищах, в кухонной части, но там, где они есть, нары не утратили своих функций (нередко пожилые люди предпочитают нары кроватям). Как и прежде, в углу нар складывается горкой постель (иногда на сундуке, иногда без него), но теперь она не перетягивается лентой.
У некоторых пожилых людей сохранились элементы традиционной одежды, во время праздников используется стилизованная на традиционный манер одежда. В каждом башкирском поселении области можно услышать интересные предания, легенды, былички (например, о фантастических существах, которые якобы обитали раньше в этих местах).
Ежегодно в области проводятся традиционные башкирские праздники, наиболее яркий из которых – Йыйын. Во время его проведения проходят выступления местных фольклорных коллективов, звучат любимые башкирами традиционные инструменты – курай (род флейты, который обычно изготавливается из ствола одноименного растения) и кубыз (щипковый инструмент), исполняются национальные песни и танцы, предлагаются блюда башкирской кухни и т.д.
Вместе с тем необходимо отметить, что в настоящее время башкиры юго-востока Самарской области находятся в трудном положении. В связи с нехваткой, а то и полным отсутствием работы молодежь уезжает в Самару и другие города. Закрываются школы. Некоторые населенные пункты находятся в особенно плачевном состоянии. На проводимых в башкирских селах праздниках обычно присутствуют только местные жители и представители национально – культурных объединений. Для сохранения башкирской традиционной культуры необходимо сохранить сами сельские населенные пункты.
В связи с этим представляется целесообразным, наряду с другими отраслями экономики, развивать этнический туризм. Под этническим туризмом понимается туризм, целью которого является ознакомление туристов с особенностями традиционной культуры и быта различных народов (этносов).
В целях активного привлечения башкирские поселения туристов из других регионов России и зарубежных стран необходимо объединить усилия органов государственной и муниципальной власти, национально – культурных объединений и туристских организаций. Во время проведения башкирских праздников турфирмы должны организовать автобусные поездки из Самары к местам проведения данных праздников, а также активизировать рекламную деятельность. Гости праздников получат возможность увидеть людей в национальных одеждах, попробовать блюда традиционной кухни, принять участие в зажигательных танцах. Посещение туристами и башкирских сел можно организовать и в обычные дни – благодаря им туристы смогут посетить традиционные жилищные и хозяйственные постройки, соприкоснуться с башкирским бытом, послушать местные предания и легенды. В целях развития туризма хочется порекомендовать возродить верблюдоводство – туристы будут иметь уникальную возможность прокатиться в санях, запряженных верблюдом!
Этнический туризм, с одной стороны, призван увеличить доход местного населения, с другой – поможет гостям нашей области познакомиться с особенностями богатой традиционной культуры башкирского народа.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Расселение национальностей по муниципалитетам Самарской области (по результатам переписи населения 2002 года). – Самара, 2007. – С. 11.
2. Там же. – С. 12.
3. Кузеев Р.Г. Этнографические группы башкир в XIX в. и история их формирования. Общая характеристика этнографических групп и принципы их выделения // Археология и этнография Башкирии. Т.III – Уфа, 1968. – С. 388.
4. Надергулов У.Ф. Иргизо-камеликские башкиры (лингвистическое исследование). – Уфа, 1996.– С. 17.


М.В. Кржижевский

ВИДОВОЙ СОСТАВ, РАСПРОСТРАНЕНИЕ И ЧИСЛЕННОСТЬ РЕДКИХ ВИДОВ ПТИЦ СВЕТЛИНСКОГО БИОЛОГИЧЕСКОГО ЗАКАЗНИКА

 

Светлинский биологический заказник областного значения (организован в 2005 г.). Расположен в пределах уникального в восточном Оренбуржье Шалкар-Жетыкольского озерного района, отнесенного к ключевым орнитологическим территориям международного значения (КОТР RU-217). Эта территория для многих видов является важным (или единственным в Оренбуржье) местом гнездования и (учитывая расположение на трансконтинентальных миграционных маршрутах) местом отдыха пролетных птиц. Здесь и в его ближайших окрестностях, применяя стандартные методики, установлено пребывание 194 видов птиц (62,1% видового разнообразия орнитофауны области) из которых 34 (17,5% общего количества) являются редкими. Среди последних 12 видов занесены  в Красный список МСОП, 17 видов включены в Красную книгу РФ и 5 – в Красную книгу Оренбургской области.
За период с 1995 по 2008 г. здесь авторами собраны следующие материалы.
Розовый пеликан (Pelecanus onocrotalus). В конце мая 2002 г на одном из юго-западных плесов оз.Жетыколь наблюдались две, а в 2003 г – одна пара. Характер их пребывания не выяснен, что, однако, не исключает вероятности спорадического гнездования.
Кудрявый пеликан (Pelecanus crispus). Постоянная колония известна на оз. Б.Обалыколь. В середине 1990-х годов здесь гнездилось до 13, а в последние годы 35-50 пар. Их основным местом кормежки является расположенное в 18 км оз. Шалкар-Ега-Кара, на северо-восточные плесы которого птицы совершают ежедневные фуражировочные полеты. До 10-12 птиц периодически кормятся на оз. Караколь, а иногда в небольшом количестве и на оз. Жетыколь, в тростниковых крепях которого они в прошлом (по опросным сведениям) гнездились.
Обычно большинство пеликанов отлетает к сентябрю, но 9-12 сентября 2008 г 53 птицы еще держалист на оз. Б.Обалыколь, 18 – на оз. Караколь, 10 – на Кайранколе, 3 – на Шалкар-Ега-Кара и 2 – на Давленколе. Птицы с поздних выводков на этих озерах иногда задерживаются до середины октября, но одиночную, внешне здоровую птицу на берегу оз. Караколь (при приближении автомобиля перелетела на озеро) наблюдали еще 1 ноября 2008 г.
Большая белая цапля (Egretta alba). Вероятно, гнездится на всех озерах с хорошо развитыми тростниковыми крепями. В июле 2007 г на оз.Жетыколь учтено 27 птиц, на оз. Давленколь – 15, на оз. Б.Обалыколь – 6, оз. Кудайколь – 6, оз. М.Караколь – 5. Экстраполяция на остальную гнездопригодную площадь позволяет считать, что на территории региона всего гнездилось около 250 птиц. По-видимому, только кормящиеся птицы отмечались на оз.Карашаколь, М.Кайранколь и Караколь (всего 5 особей). К осени их количество заметно увеличивается, что подтверждает вероятность гнездования. Всего на этих озерах 9-12 сентября 2008 г была учтена 151 особь (в том числе по 38 экз. на оз.Б.Обалыколь и Кайранколь, 36 экз. на Жетыколе, на других меньше). К концу сентября большинство их отлетает, но 28.09-1.10. 2007 г здесь еще держалось 11 птиц ( в том числе стайка 5 особей на оз.Б.Обалыколь), а 31.10.2008 г на оз.Караколь учтено 36 цапель.
Каравайка (Plegadis falcinellus). Одиночную птицу 8.05.2006 г видели на прибрежном мелководье оз.М.Обалыколь.
Краснозобая казарка (Rufibrenta ruficollis). По материалам учетов 1996 и 1997 гг. допускаем, что осенью в регионе ежегодно пролетает 10,0-15,0 тысяч птиц.
Пискулька (Anser erythropus). Осенью в небольшом количестве (по 20-40 особей в стаях других гусей) регулярно отмечается на оз.Шалкар-Ега-Кара и Жетыколь. По ориентировочным расчетам в регионе ежегодно останавливается от 500 до 1000 особей этого вида.
Савка (Oxyura leucocephala). На очистных прудах пос.Светлый, примыкающих к северной части оз.Шалкар-Ега-Кара, в последнее время ежегодно отмечается по 2-3 пары. Эти пруды, по-видимому, являются единственным современным местом гнездования этой утки в области.
Степной лунь (Circus macrourus). Одиночный самец 1.10.2006 г отмечен на восточном берегу оз. Б.Обалыколь.
Курганник (Buteo rufinus). Три одиночные птицы 30.09.2006 г отмечены на опорах ЛЭП у пос.Актюбинского, Светлого и Озерного. Кроме того, двух птиц 6.07.2007 г вспугнули из карьера в 2 км СВ пос.Озерный. В последнем случае возможно гнездование на обрывах в заброшенных карьерах или на низкорослых карагачах в придорожных лесополосах. Одиночку 9.09.2008 г наблюдали также на несколько часами ранее выгоревшем днище оз.Шалкар-Ега-Кара.
Степной орел (Aquila rapax). В 1995 г на южном берегу оз.Шалкар-Ега-Кара найдено опустевшее гнездо с характерными кормовыми остатками. Одиночную птицу 11.09.2008 г видели в степи у оз.Карашаколь.
Орлан-белохвост (Haliaeetus albicilla). Над ЮЗ оконечность оз.Жетыколь 19 и 20.10.1997 г видели по одной птице. Две неполовозрелые одиночки 29.09.2006 г наблюдались над степным прудом (место массового отдыха пролетных гусей и уток) и оз.Давленколь. Над этим озером одиночка отмечена также 11.09.2008 г, а две одиночные птицы 31.10.2008 г – у южной оконечности оз.Жетыколь.
Сапсан (Falco peregrinus). Одиночная темно окрашенная особь (самка или молодая птица) 16.10.1997 г пролетала вдоль западного берега оз.Жетыколь в южном направлении.
Степной дербник (Falсo columbarius).Одиночный самец 1.08.2003 г наблюдался в полете над степью у оз.Б.Обалыколь. Еще 3 охотящихся птиц регистрировали 29 и 30.09.2006 г у оз.Кудайколь, Карашаколь и Караколь.
Красавка (Antropoides virgo). В гнездовое время (6.07.2007 г) 3 пары и группу из 13 особей (с 5 серыми журавлями) видели на СВ берегу оз.Кудайколь. В послегнездовое время группы по 2-5 особей довольно регулярно отмечаются вблизи всех озер региона, а наибольшее скопление – 45 красавок (с 15 серыми журавлями) видели 2.08.2003 г на северном побережье оз.Караколь.
Дрофа (Otis tarda). Пара птиц в середине мая 2008 года несколько дней держалась у оз.Караколь (А.Назин).
Стрепет (Tetrax tetrax). В 1990-е годы на территории региона нами не отмечался. С 2003 г одна пара регулярно наблюдается в степи у оз.Кайранколь. Одиночную птицу 9.06.2004 г видели летящей в степи по ЮЗ побережью оз.Жетыколь, а 9.08.2007 г молодая особь отмечена у оз.Давленколь. Пролетная стая из 18 особей 3.09.2007 г отмечена в степи близь оз.Биктас.
Ходулочник (Himantopus himantopus). Численность подвержена резким колебаниям, вплоть до исчезновения на отдельных водоемах. 28.06.1996 г на отмели южного плеса оз.М.Обалыколь насчитывалось 58 особей и еще около 40 на его западном берегу. В тоже время в 1997 году на всей территории региона было отмечено лишь 3 пары, которые держались на очистных прудах у пос.Светлый. По 4 особи 7.07.2007 г видели на берегу оз.Шалкар-Ега-Кара, очистных прудах и 3 – на луже у обочины дороги в пос.Светлый. Стайку из 4 птиц 11.09.2008 г наблюдали также на мелководье южного плеса оз.Жетыколь.
Большой кроншнеп (Numenius arquata). Стайка  из 4 птиц 27.06.1996 г на большой высоте кружила у восточного берега оз.Б.Обалыколь. Одиночную птицу 7.07.2007 г видели у прудов очистных сооружений, а 3 особей 10.09.2008 г – в 5-6 км западнее на северном берегу оз.Шалкар-Ега-Кара.
Степная тиркушка (Glareola nordmanni). В наиболее значительном количестве наблюдалась в 1996 г, когда 27.06. шесть пар были отмечены на берегу оз.Караколь и около 70 особей (взрослые и вылетевшие молодые) на следующий день по северному берегу оз.Давленколь. В 2007 г по 3 птицы видели 4.07. у оз.Б.Обалыколь и Караколь,  затем 7.07. – группы 5 и 7 особей у прудов очистных сооружений пос.Светлый и 2 птиц на северном берегу оз.Шалкар-Ега-Кара.
Черноголовый хохотун (Larus ichthyaetus). В гнездовое время впервые отмечен на оз.Жетыколь 5.07.2007 г. В этот день 3 взрослых птиц видели плавающими у берега на южном плесе и 2 сидящими на дороге, идущей вдоль берега этого озера. Двумя днями позже 3 взрослые птицы были встречены на северном берегу оз.Шалкар-Ега-Кара вблизи очистных прудов. На этом озере 2 птиц и одиночку на оз.Кайранколь видели так же 10.09.2008 года.
Серый сорокопут (Lanius excubitor). В тростниковых зарослях у одного из плесов центральной части акватории оз.Жетыколь 16.12.2007 г видели одиночную птицу, охотившуюся за кормящимися здесь усатыми синицами.
Горная чечетка (Acantis flavirostris). Гнездо с кладкой из 5 яиц найдено А.Назиным 12.05.2007 г на берегу р.Буруктал вблизи пос.Степной. Еще 2 птиц 29.09.2006 г видели на берегу оз.М.Косколь, а стайки из 13 и 3 особей на водопое на оз.Карашаколь. На развалах камней у последнего 4 птиц наблюдали также 06.07.2007 г.

П.В.Дебело, А.В. Давыгора, В.Ф.Куксанов

ВОЗРОЖДЕНИЕ СТЕПНЫХ СКАЧЕК В АЛЕКСЕЕВСКОМ РАЙОНЕ САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ КАК ФАКТОР СОХРАНЕНИЯ ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ СТЕПЕЙ

 

В июле месяце в муниципальном районе Алексеевский Самарской области проходит межрегиональный конноспортивный праздник «Степные скачки», собирающий от трех до пяти тысяч человек из различных субъектов Российской Федерации, в которых сохранены и развиваются традиции коневодства, в том числе спортивного.
Данное событие по своему внутреннему содержанию представляет собой симбиоз конных состязаний и массового народного гуляния, имеющего глубокие историко-культурологические корни. Идея проведения степных скачек как средства объединения народов, дифференцированных по территориальному и этническому признаку, принадлежит Льву Николаевичу Толстому, который в период с 1862 по 1883 гг. неоднократно бывал на территории бывшего Бузулукского уезда (ныне Алексеевского района Самарской области), первоначально с целью кумысолечения, а затем в качестве землевладельца.
С 1875 г. писатель начинает устраивать скачки на местных лошадях, основными участниками которых были кочевые башкиры. Конные состязания, проходившие в толстовском имении на Сухом Тананыке на двух дистанциях – 25 и 50 верст (одна верста равна 1067 м), превращались в веселый праздник, на который съезжалось по нескольку тысяч человек разных национальностей (русские, башкиры, киргизы, казахи, чуваши, татары), вероисповедания и социальных групп. Таким образом, проведение скачек в степном имении Льва Толстого помимо собственно соревновательного аспекта несло большое культурологическое значение, а именно: способствовало сближению трех культур – русской дворянской усадьбы, степных кочевников и крестьян-переселенцев.
Возрождение толстовской традиции проведения степных скачек с последующим восстановлением двух усадеб Льва Толстого (близ поселка Гавриловский и на реке Чапаевке), а также строительством конезавода и кумысолечебницы в определенной степени связано с поиском ресурсов развития сельских муниципальных районов в новых социально-экономических условиях.
Первой официальной презентацией проекта возрождения степных скачек и восстановления толстовских имений в Алексеевском районе можно считать представление в 2004 году на выставке историко-краеведческих муниципальных музеев Самарской области «Самарский авангард» туристского маршрута «Лев Толстой в Самарском Заволжье». Его идейным вдохновителем стал заместитель председателя правления Самарского историко-филологического общества В.Б. Овсянников при всесторонней поддержке главы муниципального района Алексеевский А.А. Перова.
9 сентября 2005 г., спустя 130 лет после проведения первых степных скачек был запущен пилотный проект, впоследствии вошедший в число наиболее значимых брэндовых мероприятий по развитию культурного и спортивного событийного туризма на территории Самарской области – «Степные скачки», собравший даже в условиях отсутствия полноценной рекламной компании более 3,5 тысяч человек.
Продвижение данного туристского продукта было продолжено в следующем году, сначала на интерактивном интеллектуальном заседании круглого стола «Личность в культуре: очевидное – невероятное» VI международной научно-практической конференции «Самарский край в контексте мировой культуры», проходившей в рамках крупного культурного мероприятия региона – традиционной Самарской ассамблеи, а затем на выездном совещании областного департамента развития туризма в рамках реализации «Программы развития туризма в Самарской области на 2004-2008 гг.» по изучению туристского потенциала региона.
8 июля 2006 г. «Степные скачки» прошли в новом информационно-событийном формате, что позволило привлечь в качестве зрителей уже более 5 тысяч человек. В последующие годы количество посетителей несколько снизилось, что явилось индикатором установления целевой аудитории данного события.
Программа праздника обычно включает: встречу участников конно-верховых пробегов из самарского военно-исторического клуба «Русская слобода» (руководитель С.А. Бекетов), проходящих по историческим местам следования Л.Н. Толстого до своего степного поместья, в ходе которых проводится пропагандистская работа среди местного населения на тему пребывания великого писателя в Самарском крае; скачки на 10-12 верст на степном ипподроме, расположенном у подножия холма Шишка и построенного при помощи специалистов Самарского ипподрома (генеральный директор И.М. Архипов), ежегодно принимающих участие в обслуживании и проведении соревнований; показательные выступления высшей школы верховой езды и проведение других конноспортивных состязаний; театрализованные представления и концертные выступления, в том числе фольклорных коллективов; работу ремесленного базара с проведением мастер-классов по лозоплетению, резьбе и росписи по дереву, бисероплетению, флористике и др. и выставки-продажи ремесленных изделий; выставки, посвященные культуре и быту народов Заволжья, в том числе жилищ степных кочевников; дегустацию блюд национальной кухни, продажу и потребление кумыса; демонстрацию народных игр и забав, в том числе конных, например, казахской конноспортивной игры «Кыз Куу», и вовлечение в них зрителей; прогулки по степному имению Л.Н. Толстого в повозках; свободное времяпрепровождение отдыхающих.
Организаторами «Степных скачек» установлен тесный контакт с потомками великого писателя, которые являются почетными гостями праздника, и с государственным мемориальным и природным заповедником музеем-усадьбой Л.Н. Толстого «Ясная Поляна» (директор В.И. Толстой).
Правительство Самарской области оказывает поддержку в проведении конноспортивного праздника, учредив специальный Кубок и Приз Губернатора для победителя скачек.
В мероприятии участвуют как профессионалы, так и любители. От Самарской области выступают спортсмены Борской конноспортивной школы, Красноярского конноспортивного клуба «Серебряная подкова», Самарского ипподрома, «Русской слободы», конноспортивного клуба «Авангард» и др.
Дальнейшее продвижение туристского продукта «Степные скачки» связывается с созданием в Алексеевском районе туристского комплекса «Степное имение Л.Н. Толстого», который позволит расширить временные и пространственные границы пребывания в данной местности, более тщательно ознакомится с ее историко-культурным и природным потенциалом. План создания туристского комплекса получил поддержку областного Правительства и в 2008 г. был официально представлен в качестве эскизного проекта.
В перспективе данный туристский продукт, выступающий под брэндом «Лев Толстой», войдет в масштабный региональный проект по формированию единого туристского пространства Среднего Поволжья, который был зафиксирован в трехстороннем Соглашении о сотрудничестве между Самарской, Ульяновской областями и Республикой Татарстан, подписанном 4 июля 2008 г. в рамках II Межрегионального экономического форума «Самарская инициатива: кластерная политика – основа инновационного развития национальной экономики».
Ключевые туристские ресурсы городских округов и муниципальных районов областей Приволжского федерального округа, связанные с именем Л.Н. Толстого, задействованы в комбинированном туристском межобластном маршруте, который был презентован на конференции «Развитие партнерских отношений в сфере туризма с областями ПФО в рамках сохранения культурно-исторического наследия России, связанного с именем Льва Толстого», прошедшей с 29 августа по 2 сентября 2008 г. на борту теплохода «Хирург Разумовский» по маршруту Самара – Казань – Булгары – Ульяновск – Самара.
По нашему мнению, для реализации столь масштабного проекта необходимо разработать, во-первых, комплексную программу по выявлению всех туристских ресурсов территорий, связанных с именем Л.Н. Толстого, как на областном уровне, так и на региональном, и, во-вторых, механизм продвижения готового туристского продукта. Все эти меры по развитию регионального туризма в целом будут способствовать социально-экономическому развитию не только крупных территориальных образований, но и локальных.
Географическая справка. Муниципальный район Алексеевский расположен на юго-востоке Самарской области, на водоразделе рек Съезжая и Чапаевка. Граничит с муниципальными районами Борский, Богатовский, Большеглушицкий, Нефтегорский и Оренбургской областью. Площадь территории 1888,6 км2. Численность постоянного населения 12330 человек (на 1 января 2009 г.). Плотность населения 6,5 чел/км2. Административный центр – село Алексеевка – находится на расстоянии 147 км от Самары (областной центр) и в 70 км от станции Богатое (ближайшая железнодорожная станция). По природно-ландшафтному районированию территория Алексеевского района относится к Возвышенному Заволжью и расположена в степной безлесной зоне.


Е.Ю. Ерофеева

ГИС-ПРОЕКТ: КАРТА СОВРЕМЕННОЙ РАСТИТЕЛЬНОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОГО ПРИРОДНОГО БИОСФЕРНОГО ЗАПОВЕДНИКА «РОСТОВСКИЙ»


Классификация и картирование современной степной растительности представляет собой сложную задачу уже ввиду того, что сам объект практически полностью уничтожен. Структура растительного покрова степных территорий характеризуется высокой гетерогенностью. Территория Государственного природного биосферного заповедника «Ростовский» является ярким доказательством этого. Нашей задачей было создание «Карты современной растительности Государственного природного биосферного заповедника «Ростовский»», основанной на авторской классификации растительности с применением информационных технологий и методов дистанционного зондирования Земли, а также реализация полученных данных в виде ГИС-проекта.
При первичном анализе использовались методы табличной сортировки валовых таблиц с выделением групп дифференциальных видов и ординация групп описаний в осях экологических факторов. С этой целью использовалась интегрированная ботаническая информационная система IBIS [1].
С использованием характерных виды в понимании Т.И. Исаченко и Е.И. Рачковской [2] были выделены безранговые фитоценоны, для которых определялось положение в системе традиционной классификации.
На основании проведенного анлиза была разработана предварительная схема классификации растительных сообществ:
I. Степи
1. Пелитофитные дерновинно-злаковые
Формация Stipeta ucrainicae
Ассоциации: Stipetum (ucrainicae) festucosum (valesiacae), S.stiposum (lessingianae), S. galateliosum (villosae), S. stiposum (capillatae), S. artemisiosum (marschallianae), S. agropyrosum (pectinati)
Группа характерных видов: Salvia tesquicola, Thymus marschallianus, Dianthus leptopetalus, Medicago romanica
2. Гемигалофитные и галофитные
Формация Stipeta lessingianae
Ассоциации: Stipetum (lessingianae) festucosum (valesiacae), S.stiposum (ucrainicae), S. artemisiosum (santonicae)
Формация Festucetae valesiacae
Ассоциации: Festucetum (valesiacae) artemisiosum (austriaca), F. artemisiosum (santonicae), F. stiposum (capillatae), F. agropyrosum (pectinati), F. galateliosum (villosae), F. koeleriosum (cristatae), F. galiosum (veri)
Формация Agropyreta pectinati
Ассоциации: Agropyreta (pectinati) artemisiosum (santonicae), A. stiposum (lessingianae), A. galateliosum (villosae)
Формация: Artemisieta santonicae
Ассоциации: Artemisieta (santonicae) agropyrosum (pectinati), A. bromosus (squarrosi), A. festucosum (valesiacae), A. poosum (bulbosae), A. galateliosum (villosae), A. alhagiosum (pseudalhagie), A. camphorosmosum (monspeliaci)
Формация: Poeta bulbosae
Poetum (bulbosae) artemisiosum (santonicae), P. agropyrosum (desertori), P. festucosum (valesiacae)
Формация: Galatella villosae
Galatella (villosae) muretiosum (lutei), G. serratulosum erucifolia, G. artemisiosum (santonicae)
Группа характерных видов: Serratula erucifolia, Galatella villosa, Prangos odontalgica, Tanacetum achilleifolium, Tulipa gesneriana, Chenopodium album, Ferula caspica
3. Гемипсаммофитные
Формации: Stipeta borysthenicae
Группа характерных видов: Astragalus onobrychis, Carex colchica, Artemisia marschalliana, Cleistogenes squarrosa
4. Псаммофитные
Формации: Thymeta pallasiani
Группа характерных видов: Secale sylvestre, Jurinea cyanoides, Agropyron fragile, Koeleria sabuletorum
III. Луга
Формации: Elytrigieta repentis, Junceta gerardii
VI. Галофитная растительность:
Формация Artemisieta pauciflorae на солонцах и формации Halocnemeta strobilacei, Petrosimonieta oppositifoliae, Salicornieta perenae на солончаках.
Данная схема классификации послужила основой для легенды к карте растительности.
При создании ГИС-проекта (ArcView 3.2) была осуществлена привязка точек описаний и создана база данных. С целью идентификации выделов с применением методов дистанционного зондирования Земли в рамках выполнения проекта Европейского союза «Комплексное использование земель евразиатских степей» использовались мультиспектральные космические снимки Landsat, цифровые модели рельефа и топографические карты.
ГИС-проект во многом был адаптирован для трансфера природоохранных технологий в сельскохозяйственное производство. База данных содержит информацию для дальнейшего мониторинга биоразнообразия. Анализ космических снимков разных лет показал, что в охранной зоне Государственного природного биосферного заповедника «Ростовский», на границе с кластерным участком Стариковский была осуществлена распашка целинных земель. В результате этого были уничтожены ценопопуляции редких видов растений, занесенных в Красные книги Российской Федерации [3] и Ростовской области [4]: Astragalus calycinus, Calophaca wolgarica, Stipa ucrainica, Tulipa gesneriana, T. bibersteiniana.

Работа выполнена по гранту для государственной поддержки ведущих научных школ Российской Федерации НШ-4243.2008.4 за счет средств федерального бюджета.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Зверев А.А. Информационные технологии в исследованиях растительного покрова / А.А. Зверев. – Томск, 2007. – 304 с.
2. Исаченко Т.И. Основные зональные типы степей Северного Казахстана / Т.И. Исаченко, Е.И. Рачковская // Тр. Ботан. ин-та АН СССР. Сер. 3, Геоботаника. –1961. – № 13. – С. 133-397.
3. Красная книга Российской Федерации. Растения и грибы. – М., 2008. – 855 с.
4. Красная книга Ростовской области: Редкие и находящиеся под угрозой исчезновения виды растений. – Ростов-на-Дону, 2004. – 333 с.


О.Н. Демина